Автор
Лана, Светлана Смирнова, шагает с нерешительностью по узким коридорам, каждый новый звонок вызывает новые тревоги и задумки. В её душу нещадно врывается тигран Рустамович — атмосфера опасности нарастает с каждым словом, каждый взгляд становится острым оружием. Она знает, что только одним решительным шагом можно вырваться из этого круговорота несчастья и жестокости....
Сжать её задницу, натянуть на себя.
Трясется и дрожит от возбуждения. Такая нежная, ставляет замедлиться, наполнять её постепенно. Не могу оторваться, хоть в бошку стреляй, не собираюсь прекращать это.
Лана умница, умная девочка. Всё понимает, принимает. Не требует большего, чем я могу сдать.
Развожу шире её ноги, чувствуя, как она сжимается на мне. Пиздец, как хорошо. До бликов перед глазами, в голове взрывается всё, словно зажало весь мир. А освобождение между ног этой малышки.
— Тигран.
Разворачивает ко мне голову, заставляя наклониться.
Меня штырит рядом с ней, кроет. Никакого морфия не нужно, только Лана. Особенно в этот момент, когда хочется полностью обладать ею. До конца, заполнить каждой каплей спермы.
— Ты же пьешь таблетки, да? — спрашиваю, когда на грани. Тру сильнее её клитор, чтобы задыхалась. Давай, мышка, кончи раньше меня. — Хочу в тебя.
— Я… Тигран, я не…
— Блядь.
Когда туго обхватывает меня своими мышцами, сама подается бедрами назад. Лана не молчит, сообщает на весь офис, чем мы здесь занимаемся. И если бы другую я заткнул, то с ней наслаждаюсь.
Касаюсь Ланы, пока она отводит руку назад, царапает меня. И громко стонет, кончая. Прекрасная картина — как она дрожит, часто дышит, как тело покрывается испариной.
Кончаю на её молочную кожу, когда по венам протекает новая доза наваждения. Будто тюбик пережало, а теперь накрыло кайфом. Хорошо.
— Тигран, — она морщится, придерживая юбку.
— В моей сперме. Если ты достаточно взрослая, чтобы заниматься сексом, то говори прямо. Салфетки в столе.
По привычке закуриваю, даже не спрашивая Лану. Но та вдруг странно смотрит на меня, качая головой. Тянется ко мне, улыбается, и отправляет сигарету в пепельницу.
— И что ты делаешь?
— Наглею, — мышка мурлычет, потягиваясь.
И это, блядь, портит всё.
Глава 26. Лана
Я жалею, что сказала это именно так. После секса, когда мы грязные и потные. В офисе, никакой романтики. Но эти слова рвались из меня, грели то время, что Тигран был в командировке.
Без меня.
Мне всего восемнадцать, а мужчина в два раза старше меня.
И у нас будет ребёнок.
Словно вырвали из жизни и забросили в другой мир.
