В глубине комнаты заговорщицки скользит взгляд. Я, как будто в сне, чувствую тепло ладони над своей талией и понимаю, что не могу уйти. Горячие слова мужчины заставляют дрожать, но я прижимаюсь к нему еще tighter, обретая силу в этом неожиданном блике власти. Атмосфера клуба напоминает зал пленных — здесь все подчинены сильной руке и пристрастным взглядам....
Похоже, «Игрушка по неволе 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Анжела притягивает колени к груди, закрываясь рукой.
Млять…"
"Именно этого я не хотел. Но случилось так, как случилось. Назад уже не отмотать. Сорвав бесполезный гондон с члена, залезаю на кровать, утягивая Анжелу вниз.
Остановиться сейчас — просто невозможно. Несмотря ни на что.
Её испуг и слёзы ударяют по мне больше, чем я бы хотел. Но и злят тоже!
Тянусь к ней пальцами. Глаза Анжелы испуганно распахиваются ещё больше.
— Не трогай меня. Не трогай, пожалуйста!
Её жесты хрупкие и ломкие. Меня и самого ломает изнутри.
Преодолев расстояние, глажу по плечам и запускаю пальцы в волосы, разделяя пряди.
— Не реви. Больше такого не повторится. Правда?
Не понимаю — то ли кивает, то ли отрицает. Целую волосы, втягивая аромат кожи, немного влажный и более острый, чем всегда.
— Всё будет иначе. Тебе со мной было хорошо. Зачем всё испортила? — шепчу в искусанные губы. — Зачем? Всё будет иначе, если позволишь.
Почему она такая?! Раздражает до нервной дрожи, но не оторваться.
— Иди сюда…
Хватаю за щиколотку, подминая под себя. Приходится действовать напористо, потому что она сопротивляется.
Коленом раздвигаю ноги, накрывая собой. Анжела отворачивает лицо в сторону, снова закусывая губу.
— Ты уже искусала губы в кровь, — говорю, слизывая ярко-красные капли. — Иди ко мне, я хочу приласкать тебя.
Каждым жестом меня швыряет то в одну сторону, то в другую.
Пять минут назад я не думал о её ощущениях и яростно всаживал член, наплевав на всё.
Сейчас не могу и шагу ступить, пока не утешу малышку хотя бы немного.
Глава 29
Рустам
Анжела сопротивляется моим объятиям, становится деревянной и совсем не чувствительной. Мне приходится действовать осторожно. Осознание того, что я сотворил, запоздало накрывает меня с головой.
Если бы можно было отмотать назад, я бы это сделал. Но я не всесилен, могу лишь сожалеть и надеяться, что удастся исправить хотя бы малую часть содеянного.
Обнимаю Анжелу, прижимаю к своей груди. Сердце начинает биться в такт её учащённому, сорванному дыханию. Глажу по волосам.
Мне жаль. Но в тот момент я не мог поступить иначе. Плевок в лицо сорвал планку терпения.
Замираю без движения надолго. Время утекает в никуда, становясь незначительной, бессмысленной величиной. По моим ощущениям, проходит несколько часов.
