Автор
Воспитывать ребенка одной — такая задача оказывается не по силам для этого мужчину, что вынуждает его в последний раз использовать золотую серединку. Упорно из避开я мыслей об аборте, женщина стискивает зубы и держится твердо. Но боли изгнанного сердца продолжают оставаться неизвестными в груди до самого дня, когда она отправляется на процедуру. Машина завожется, и женщина вступает в нелегкое путешествие, окруженная безопасностью, а потом — полной тишины....
Похоже, «Игрушка по неволе 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда полностью сломает Лику и загонит в золотую клетку. Она ещё не знает, что дело с браком уже решёное и думает, что сможет договориться с отцом. Но единственный договор с ним — это делать, как он велит. Иного не будет.
Влад поднимается с кресла, хмуро глядя на часы.
— Мне стоило больших трудов вырваться из-под надзора охраны отца. Нужно вернуться и быть пай-мальчиком, сидящим на чемоданах в ожидании отлёта.
— Я тебя услышал. Свободен.
— Можно одну просьбу?
— Какую? Хочешь выглядеть дли Лики героем?
— Нет, что ты! — смеётся, опустив взгляд.
Владислав поднимается и теперь уже беспрепятственно направляется к двери. Всё, что он мне здесь наговорил, я не собираюсь принимать на веру, но проверю досконально.
— Влад!
Он оборачивается, смотря на меня с досадой и недовольством, сквозящим во взгляде с немой интонацией: чего тебе ещё надо?"
"— Кажется, я понимаю, что ты затеял. Надеешься, что когда Тихонов и я столкнёмся лбами, полетит много голов.
Владислав ""прячет"" эмоции глубоко внутри, но я успеваю разглядеть досаду и злость.
— Зря ты на это надеешься. Я переиграю даже чёрта.
Глава 10
Анжела
Спустя три дня
— Тебе нужно сопровождение?
Отрицательно качаю головой. Справлюсь сама. Это всего лишь медикаментозный аборт. Я приму таблетку в присутствии врача, через двое суток — повторить.
Ничего сложного.
Я стараюсь не думать. Иначе просто сойду с ума. Но разбитое сердце до сих пор ноет в груди, а всё тело напрягается, как будто отрицая возможность аборта.
""У нас мог быть малыш, Рустам, — обращаюсь к нему мысленно. — Мальчик или девочка. Кого бы ты хотел?""
Я хотела бы забыться. Хотя бы в фантазиях — светлых и радужных. Но даже представляя этот разговор лишь мысленно, для меня он заканчивается одинаково. На вопрос кого бы хотел Рустам — сына или дочку — он отвечает:
— Я против браков.
Пытаюсь хотя бы в мечтах нарисовать другой исход. Но кажется, я разучилась мечтать. Действительность — жестока.
Теперь я живу с настоящим отцом, влиятельным человеком, очень опасным.
Ему не нужен внебрачный внук от связи, где его дочка была лишь постельной игрушкой. Это позор. От позора в мире больших денег принято избавляться без следа.
