Игры мажоров. Хочу играть в тебя (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

Потом на дерьмо исходил от ревности, что это не я. А теперь бы все отдал, чтобы это не я был, не я, сука, чтобы только не захлебываться от бессильной ярости к тем, кто это все срежиссировал. Кто устроил. Кто участвовал.

Они все заранее рассчитали. Я плохой актер, у меня не вышло убедительно сыграть похуиста. Саймон меня вычислил.

Этот гондон ждал, когда я уеду, чтобы я не смог им помешать. Он точно знал, останься я здесь, то нашел бы способ вывезти Машу. В конце концов вернул бы им полмиллиона, пусть на это понадобилось бы время.

Но я опоздал. И теперь мне ничего не остается, кроме как медленно напиваться под Машиной спальней, так же медленно курить и думать. Много-много думать.

Глава 26

Маша

Просыпаюсь от противного зудящего звука над ухом. Он то появляется, то исчезает, я с трудом разлепляю глаза. И сразу же забываю о надоевшей мошкаре. Гораздо больше меня интересует то, что я вижу.

Где я? Надо мной незнакомый потолок, подо мной незнакомая кровать. Вокруг незнакомые стены и мебель.

Первая мысль — я еще сплю, и мне снится сон. Надо просто сделать над собой усилие, проснуться, и все исчезнет — и потолок, и кровать, и комната. А я окажусь в своей постели в нашей с Оливкой комнате в общежитии университетского кампуса.

Зажмуриваюсь, делаю усилие и... ничего не происходит. Я в той же комнате. В голове постепенно проясняется, и в памяти медленно всплывают события вчерашнего вечера.

Собрание тайного клуба, обступившие меня парни в черном. Надменный Феликс, снисходительно объясняющий условия игры, в которую я позволила себя втянуть. Предательский поступок Саймона, неожиданное появление Топольского. А потом...

Меня окатывает жаркой волной. Судя по разрозненным кадрам, которые услужливо подсовывает память, Никита доказал своим приятелям, что я для него не сестра. Он лишил меня девственности на глазах у всех собравшихся.

Только почему я это вижу со стороны? Нахмуренный Феликс, возмущающийся Коннор, недовольный Саймон..."

"Саймон с особой настойчивостью требовал для меня особого наказания. Я сейчас это особенно отчетливо понимаю. Он и подставил меня с одной целью — унизить, наказать. А главное, самому принять участие. Потому что я ему отказала.

Глаза заволакивает пелена, стены комнаты медленно покачиваются. Топольский дал мне таблетку, от которой я уплыла в другое измерение, и благодаря которой воспоминания вышли нечеткими и смазанными. Как и эмоции.

Правда не все. Вымазанный в моей крови презерватив, приземляющийся в лицо Саймону, я помню достаточно четко. И то, что для Никиты эта кровь оказалась полным шоком, тоже.

Меня мутит, наклоняюсь вперед, упираясь руками в край кровати. Надо же, как его пробрало. Перед глазами встает перекошенное лицо, стиснутые до скрежета зубов челюсти.