В жарком баре смех и шум сливаются в один гул. Один из мужчин срывается: "Ты близко?". Женщина отвечает крикем: "Да-а-а-а!". Тихий хрип раздается через секунду после того, как мужчина достигает оргазма за ее спиной. Внезапно свет включается и звук становится громче — рёвы смеха, шепот и выкрики. Комната наполнена неумолкаемым бешенством любовных игр....
Все головы в аудитории вмиг обернулись к нам, с любопытством поглядывая на нас. А я же ощутила, как вспыхнули щеки. Постаралась не замечать эти ядовитые взгляды, но сердце трепыхалось в груди так, словно готовилось проломить ребра и выскочить наружу. Терпеть не могла пристального внимания. Поэтому всячески убеждала себя, будто мне все равно на то, что и кто подумает.
– Мы с удовольствием выслушаем вашу увлекательнейшую лекцию, Павел Николаевич, – улыбнулся мажор, а мне ничего не оставалось, как сделать вид, словно это меня не касалось.
Остаток лекции я старательно старалась не замечать Державина. Ни то, как он усердно записывает в тетради все сказанное преподавателем, ни то, как он уронил ручку и как коснулся моей ноги, когда доставал ее. Игнорировала я и собственные странные реакции на его близость, стараясь не замечать, как в животе все стянулось в узел и тело как-то особенно чутко реагировало на каждое его движение. Мне не нравились эти ощущения, они меня смущали и заставляли нервничать.
Поэтому, когда после звонка я встала, столкнувшись с его пристальным взглядом, вздрогнула.
– Боже! – схватилась за сердце. – Напугал меня.
– Оу, так меня еще не называли, – усмехнулся блондин.
– Считай, что твой звездный час позади. Вряд ли услышишь вновь такое о себе.
– Проверим? – вопросительно приподнял бровь, возвышаясь надо мной.
Задрала голову, заглядывая к нему в глаза, увидев, каким азартом загорелся его взор.
– Мечтай, – попыталась обойти парня, но Державин оперся ладонью о стену, не давая мне пройти. – Пусти!
Попыталась оттолкнуть сильное предплечье, но эта гора даже не пошевелилась.
– Знаешь, Наташа, – выделил голосом мое имя. – Мне кажется, что ты меня боишься… Интересно, почему? – прожигал своим пристальным взором.
Державин склонил голову вниз, и я вздрогнула, когда он практически коснулся губами моего уха.
– Может, ты просто боишься, что я тебе понравлюсь?
Дыхание сбилось от такой интимной близости, но я всячески старалась держать себя в руках и ничем не выдать волнение.
– Скорее Северный полюс поменяется местами с Южным, чем мне что-то в тебе понравится, Державин, – сильнее толкнула его руку и выскользнула из капкана. – Оставь меня в покое. И прекрати дурить Ладе голову.
– Я бы рад, да только она сама рада быть обдуренной, – подошел ко мне.
