В жарком баре смех и шум сливаются в один гул. Один из мужчин срывается: "Ты близко?". Женщина отвечает крикем: "Да-а-а-а!". Тихий хрип раздается через секунду после того, как мужчина достигает оргазма за ее спиной. Внезапно свет включается и звук становится громче — рёвы смеха, шепот и выкрики. Комната наполнена неумолкаемым бешенством любовных игр....
– Не притворяйся, будто наоборот. И не нужно со мной поддерживать беседу. Лучше посидим в тишине.
Нокаут, блядь! И как на такое реагировать? Сжал крепче челюсти, думая над тем, каким образом ее зацепить или хотя бы разговорить для начала. Какое-то время ехал молча, как меня и просила Моль. Но затем меня озарило. Свернул с намеченного маршрута и свернул к окраине города.
– Что происходит? – дернулась на сидении девчонка. – Куда мы едем? Мой дом совсем в другой стороне, – в панике оглядывалась она.
Я же стиснул зубы, делая так, как мне было сказано – молчал.
– Петя! Державин! – практически перешла на крик Моль. – Куда ты меня везешь?
– Надо заскочить в одно место, – процедил сквозь зубы. Терпеть не мог орущих девчонок. И еще больше не переваривал женских истерик."
"– Нет, нет, нет! – услышал панические нотки в ее голосе. – Так мы не договаривались. Ты сказал, что подвезешь домой и все.
Моль дергала ручку авто, наивно полагая, что я не заблокировал двери, посадив в свою малышку эту сумасшедшую.
– Ты сказал, что я не пожалею! – повторяла она и как заведенная выламывала мне дверь.
– Да что ты так нервничаешь, я, чтобы не возвращаться, решил заскочить по быстрому, забрать кое-что, и сразу повезу тебя домой.
– Нет! Нет! – посмотрел на нее, увидев вместо холодной и равнодушной девушки, к которой я привык, совершенно другого человека. Казалось, что она просто впала в настоящую панику. – Нет! Пожалуйста, домой, – смотрела на меня, а из глаз струились слезы. – Петя, будь человеком! Или высади меня, пожалуйста! – начала она еще более агрессивно практически выламывать дверь.
– Да что с тобой не так! – свернул на обочину и остановился, включая аварийку..
Моленина металась по сидению, обливаясь слезами, а я, нахер, совершенно не понимал, что это, мать его, только что было.
Ее мелко трясло, и она безуспешно пыталась выбраться наружу.
– Выпусти! – стучала ладонью по стеклу. – Выпусти!
Казалось, еще немного, и она вынесет дверь к херам собачьим.
Разблокировал замок, и тут же лица коснулся приток свежего воздуха, когда Моль выскочила на улицу.
– Черт! – последовал на дорогу следом за девчонкой, идущей прочь от меня вдоль ночной трассы.
– Наташа! – пытался докричаться до нее сквозь шум летящих на бешеных скоростях машин и звука их клаксонов. – Наташ, вернись! Я отвезу тебя домой! – ускорил шаг, перейдя на бег и стараясь догнать ее. – Куда ты в ночь одна?
Добежал, но не рискнул прикасаться. Просто подстроился под ее шаг.
