Автор
В розовом, голубом и жёлтом светлое утро. Моя радость расплескивается в глазах, когда я поднимаюсь к брату. – Ты это для меня купил, Гарри? - с огнём в глазах спрашиваю я. Он ласково ухаживает за мной, обещает всё только мне. Я радостно сопротивляюсь ему и рассматриваю холст....
Похоже, «Игры теней» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Если этот придурок повредил моё ребро, то он труп. Кулак пролетает надо мной, когда я отворачиваюсь и, вскинув ногу, попадаю в живот. По залу разносится тихий вздох, Остин смотрит на меня и слегка качает головой.
– Единственный нормальный удар, – запыхавшись констатирует он. – Ты летаешь в облаках, мой нежный цветок.
– Я далеко не нежная, придурок!
Я прицеливаюсь и бью сильнее, Остин отступает и потирает своё лицо, смахивая с брови струйку крови. Вот и первая кровь. Я подмигиваю парню и приглашаю его отомстить мне.
– Хочешь завтра на барбекю? – разматывая ленты, интересуется Остин.
– Я бы с радостью, но у меня завтра самолёт на Сицилию.
–– Тогда мне придётся выбить из тебя всё дерьмо, – подшучивает парень. –Ты теряешь форму.
В этом он прав, после моего приезда на Сицилию мои походы в зал и на тренировки сократились. Работа отбирает всё моё время, но я по-прежнему остаюсь в хорошей боевой форме. Я смогу надрать зад большей части мужчин в этом месте меньше, чем за пару минут, но не Остину.
–– Соберись и попытайся надрать мне задницу, неженка.
Остин делает прыжок и застаёт меня врасплох, его нога ударяется о мои рёбра так, будто из меня выходит жизнь.
–– Я и правда в ужасной форме, – цежу сквозь зубы.
Оставшийся час Остин выбивает из меня всё дерьмо, но и ему не приходится сладко. Я по-прежнему шикарна в стойках, за это стоит отдать должное Гарри и моим постоянным занятиям йогой.
Весь бой переходит от серьёзного до мелких навыков в Кунг-фу. Да, он хорош в этом, но не так, как я.
–– Перестань извиваться как змея, – цедит противник.
Момент, и предо мной появляется лицо Нико после нашего поцелуя на свадьбе Лии. Я никогда не думала, что мужчина будет целовать в губы, но забирать мою душу. После ночи в Париже мы никогда не говорили о нас. Каждый принял это как факт страсти и желания, на этом всё. Каждый раз, когда я вспоминала наш секс, мои яичники сходили с ума от возбуждения. Нико является абсолютным доминантом, и я всем нутром хотела подчиняться только ему."
"У меня не было секса с того дня.
