"
"— При весьма трагических обстоятельствах, должен заметить… Я попал в деревню к вечеру. Одет я был как крестьянин, с мешком за плечами. Близилась ночь, но кругом не было ни души. Деревня казалась вымершей, словно жители покинули ее. И тут я услышал женский крик. Кричали в доме кузнеца, но в кузнице никого не оказалось. Тогда я побежал к дому. Там я увидел прусского солдата, насиловавшего женщину. Я бросился на него, мы стали драться. Он был крупнее меня и сильнее, эдакий дикий медведь. И вдруг мой противник крикнул и перестал шевелиться. Когда я спихнул его с себя, то увидел Клода, стоявшего предо мной. Он протянул мне руку, чтобы помочь подняться. В другой руке он все еще держал кувалду, которой только что убил солдата. Клод стоял как громом пораженный, у него из глаз катились слезы. И только тогда я посмотрел на женщину. Она лежала на земле, ее глаза были широко распахнуты, рот открыт в последнем крике. Я понял, что она мертва. Чтобы заставить ее замолчать, насильник задушил ее.
Так мы и стояли с Клодом, не шевелясь, потом кузнец снова протянул мне руку. Это был жест дружбы. Клод оставил меня в своем доме, а труп солдата мы бросили в реку. Но я предусмотрительно припрятал его форму. — И его никто не стал искать?
— Им сейчас не до этого. Многие солдаты дезертируют, голод гонит их прочь, они рыскают по окрестностям, словно волки. Они почти утратили человеческий облик — грязные, заросшие, они сейчас все на одно лицо. Форма этого мерзавца мне очень пригодилась. Она спасла меня, когда я наблюдал за тем, что происходит в замке. Сначала я совсем отчаялся. К вам невозможно было подобраться. Я все думал, как бы мне вытащить вас из этой ловушки.
— Расскажите мне лучше, почему вы вернулись. Где господин барон?
— В Париже, я полагаю! Как только мы выехали из замка, он вдруг страшно заторопился, словно чувствовал, что может понадобиться в столице. Я думаю, что новость о свержении монархии застигла его в дороге.
— Вы думаете? Но где же вы расстались?
— В Пон-де-Сом-Вель.
— Это он вас сюда послал?
— Признаюсь, н-нет, но он не стал возражать против моего возвращения в Анс. Он только сказал, что я понапрасну потеряю время… Что вы слишком довольны тем, как обернулось дело с орденом Золотого руна. У вас появился предлог остаться рядом с вашим мужем.
— Значит, барон в самом деле так думает?
— Боюсь, что да. Он говорит… что вы принадлежите к числу тех женщин, кто упивается своим несчастьем, что он в вас ошибся и что никто не может вам помочь.
— Так вот как он обо мне думает! — прошептала Лаура. Ей показалось, что тяжелый камень лег ей на сердце.