Автор
Судьба шестнадцатилетней Анны-Лауры де Лодрен переворачивается с головы на ноги в день её свадьбы с красивым маркизом де Понталека при дворе Людовика XVI. Героиню ждут испытания любви и предательства, увлекательные приключения и опасные тайны во времена французской революции.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Игры в любовь и смерть. Книги 1-3»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба шестнадцатилетней Анны-Лауры де Лодрен переворачивается с головы на ноги в день её свадьбы с красивым маркизом де Понталека при дворе Людовика XVI. Героиню ждут испытания любви и предательства, увлекательные приключения и опасные тайны во времена французской революции.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба шестнадцатилетней Анны-Лауры де Лодрен переворачивается с головы на ноги в день её свадьбы с красивым маркизом де Понталека при дворе Людовика XVI. Героиню ждут испытания любви и предательства, увлекательные приключения и опасные тайны во времена французской революции.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Итак, они собираются его судить? Я ждал чего-то подобного… И, разумеется, они вынесут ему приговор?
— Да, но к чему его приговорят? К изгнанию? Определенно нет! Это слишком опасно. К пожизненному заключению? Это создаст множество проблем…
— Они приговорят его к смерти, это ясно!
Тяжелые веки скрыли зеленовато-желтые глаза иезуита:
— Это стало бы наилучшим решением… для всех. Но это не так просто. О законах королевства больше говорить не приходится. «Помазанник божий»… Эти слова забыты. Об оскорблении его величества, за которое неосторожного приговаривали к страшной казни, никто не вспоминает. Только конституция гарантирует неприкосновенность короля.
— Прошу вас, не употребляйте при мне этого слова! — рассердился д'Антрэг. — С тех пор как Людовик подписал эту конституцию, он перестал быть королем и для меня, и для моих друзей! И к тому же его низвергли!
— Свободный и прогрессивный ум, несомненно, прекрасен! Но, мой дорогой друг, Людовик остается королем еще для очень многих людей. И даже в новом Национальном, собрании есть если не его явные сторонники, то хотя бы те, кто не станет голосовать за смертный приговор королю. Такое голосование будет сродни отцеубийству…
— Но только не для Филиппа Орлеанского, который теперь называет себя Филипп Эгалите, Филипп Равенство. Этот субъект до сих пор рвется к трону!
— Он его никогда не получит! Даже народ, перед которым он так заискивал, отдаляется от него. Очень скоро Филипп Эгалите начнет вызывать подозрения. И эти подозрения станут еще весомее, когда король умрет. Всегда найдутся люди, которые вспомнят, что он принадлежит к королевской семье."
"Народ нашел себе великолепную игрушку, которая позволяет ему следовать самым низменным побуждениям. Но в самой глубине души эти люди остаются суеверными, они боятся быть проклятыми. Настанет время раскаяния. Людовик — человек добрый, справедливый, преисполненный сочувствия. Народ любил его и любил бы до сих пор, если бы король не попал под влияние Марии-Антуанетты. Королева никогда не была француженкой. Она ни разу не выезжала дальше Версаля и Парижа, если не считать бегства в Варенн. И народ презирает ее с такой силой именно потому, что когда-то поддался ее очарованию.
— Народ в этом не одинок, и нам с вами это отлично известно. Могу ли я, в свою очередь, задать вам вопрос — что же нам делать?
Иезуит оперся локтями о кресло и сложил перед собой пальцы домиком.
— О, это совсем просто! Чтобы граф Прованский мог в один прекрасный день вернуться в роли миротворца и доброго отца семейства…
— Которого у него нет! — рявкнул граф д'Антрэг.
