Пока это будет возможно, вы останетесь рядом со мной…
И смущенный Жан де Бац быстро вышел из комнаты.
Четыре дня спустя пришло письмо от Ленуара. Его принес лакей с физиономией висельника, которому бывший генерал-лейтенант королевской полиции безоговорочно доверял. Посыльный отказался от вознаграждения и только выпил стакан вина.
«Шевалье д'Окари вернулся в свой дом в прекрасном состоянии, — говорилось в письме. — Как я и предполагал, оказалось достаточно известить обо всем Шабо, который начал метать громы и молнии и с привычным для него отсутствием скромности принялся осаждать Дантона, Робеспьера и Марата. Он требовал, чтобы немедленно разыскали „испанского посланника“, чье исчезновение наверняка заставит Испанию пересмотреть свою позицию невмешательства. Во всяком случае, Шабо наделал достаточно шума, чтобы похитители испугались. Ими были — и вас это не удивит, я уверен, — „друзья“ д'Антрэга, те самые, что перевернули ваш дом на улице Менар. Отлично обученный осведомитель помог полиции найти потерянного посланника в одном из склепов церкви Святого Лаврентия. Вам, должно быть, известно, что ее подземелья очень велики и сообщаются со старыми выработками на Монмартре. Итак, триумф полиции, радость госпожи д'Окари и удовлетворение Шабо, прикарманившего весьма внушительную сумму в пятьсот тысяч ливров из тех самых двух миллионов, что лежали у банкира Ле Культе и предназначались для спасения короля.
В любом случае, так как процесс уже начался, испанское золото больше не может пригодиться для того, чтобы Конвент не присваивал себе права судить и чтобы враги короля сочли себя удовлетворенными. Помогут ли эти деньги купить голоса во время вынесения приговора? Вот этого, друг мой, я не знаю. Шевалье буквально изнемогает от признательности своему другу Шабо, которого по своей простоте он намерен перетянуть на свою сторону. Мне этот тип отлично известен, и я предполагаю, что Шабо готов пообещать все, что угодно, только бы отхватить еще кусок пирога.
На вашем месте я не стал бы пытаться вновь встречаться с испанцем. Вам есть, чем заняться. Примите мои уверения в преданной дружбе и не забудьте сжечь это письмо!»
Что и было незамедлительно сделано. После чего де Бац погрузился в глубокие размышления. Позже он предупредил Мари и домашних, что его не будет несколько дней. Молодая женщина встревожилась и постаралась выяснить, куда именно направляется барон.
— Не мучайте себя понапрасну, — ответил он, целуя Мари. — Я не поеду далеко. Просто пришла пора гражданину Агриколю появиться в его любимых кабачках и встретиться с его подружкой Лали в «Бегущей свинье».