Несколько дней спустя он появился на пороге с двумя бутылками бургундского из подвалов барона и мешочком пралине из запасов торгового дома Кортея. Молодой солдат Национальной гвардии повел себя очень уважительно по отношению к дамам, тайком бросал восхищенные взгляды на Пьеретту, которая и в самом деле была очаровательна, и дождался приглашения заходить еще.
Через две недели Питу уже был другом дома. Бурдоны даже обмолвились как-то, что считают его отличной партией для Пьеретты. Но не они были ее родителями, и только Тизоны могли решать подобные вопросы. Впрочем, учитывая вздорный характер супругов и их ярость от того, что им не разрешают видеться с дочерью, Бурдоны решили пока не сообщать им о посещениях гражданина Питу. Они еще успеют все обсудить, когда будет покончено с волчицей и ее волчатами!
Услышав вопрос барона, Питу пожал плечами и скорчил гримасу:
— Можно сказать, что в этом отношении все в порядке. Но не буду скрывать от вас: мне бы не хотелось, чтобы мои визиты к ним затянулись. Девушка довольно мила, и я не хочу сеять в ее головке напрасные мечты. Впрочем, я ничего для этого не делаю, а веду себя как добрый старший братец. Зато жена папаши Бурдона, кажется, решила, что я хожу к ним только ради ее прелестей!
— А разве это не так?
— Вы смеетесь надо мной? У нее растут усы!
— Бедный Питу! Но осталось недолго; потерпите еще несколько дней, и вы сможете отправиться к родственникам в провинцию, которые с нетерпением ждут вас. Вам ведь известен наш план?
— Я знаю его наизусть! — заверил барона журналист. — В назначенный день я повезу супругов Бурдон и Пьеретту поесть мороженого и сделать кое-какие покупки в Пале-Рояле. Так как это самое людное место в Париже, нам с Пьереттой будет нетрудно «потеряться». Затем к нам подойдут два гвардейца, арестуют нас и отведут в спокойное место, где мы с Пьереттой проведем всю ночь. На рассвете мы сбежим, но прежде один из наших отправится в Тампль и заявит, что Пьеретта исчезла. Ее родители придут в ужас и покинут башню. Их не будет достаточно долго, чтобы вы могли вывести всю королевскую семью. А кстати, куда вы собираетесь их отвезти?
— Узников будут ждать три кареты — одна на улице Тампль и две на улице Шарло. Королева поедет ко мне в Шаронну, а маленького короля Руссель отвезет в замок, который принадлежит Турзелям. Оттуда его переправят на остров Джерси. Я сам буду сопровождать короля, но сначала отправлю его мать в Голландию к ее сестре Марии Кристине. С ней поедут леди Аткинс и мой друг Ружвиль, с которым вы, кажется, еще незнакомы.
— Тот самый шевалье, что влюблен в Марию-Антуанетту? Так, значит, он не эмигрировал? А по Парижу ходили слухи…
— Эти слухи распространяли наши люди. Когда начался суд над королем, Ружвиля посадили в тюрьму Мадлонетт.