- Я много времени не займу. Хочу только обсудить одно фото, сделанное прошлой ночью в таунхаусе Северского.
Прошлая ночь...
Закусила губу.
Таунхаус и Арес, бассейн, журналисты и я на пороге - это будто в другой жизни было, не со мной, все с ног на голову встало так быстро. Сейчас мой сын неизвестно где, за спиной лежит муж с простреленным бедром, мне нужно вызвать скорую и меня, наверное, арестуют...
И приперся какой-то Роман Емельянович и пристает с дурацкими фото.
- Уезжайте, уже поздно, - потребовала. - Если хотите что-то сказать - встретимся завтра утром.
- Не утром, - отрезал он. - Маргарита, я вам не мальчик - бегать туда-сюда. И я прямо сейчас хочу обсудить ваши отношения с женихом моей дочери.
- Нет у нас никаких отношений!
- Открывайте. Я не уйду.
- Черт...
Оглянулась на Диму.
Что делать?
Нет времени, может, он умирает, пока отец Лидии торчит на крыльце со своими идиотскими выяснениями.
- Маргарита.
- Ребенок и муж спят, я сейчас выйду! - рявкнула и схватила с вешалки кардиган. Закуталась в него, пряча бурые пятна, что украшают белый костюм, сунула ноги в туфли. Повернула защелку, глубоко вдохнула и рванула на себя дверь.
- Здрасьте.
Тараном поперла на крыльцо и сразу закрыла дверь, не давая отцу Лидии заглянуть в дом. Спиной загородила вход и сложила на груди руки.
- Слушаю вас.
Он болтать не торопится, молча оглядывает меня, в удивлении изогнув густые брови. И я с ужасом представляю, что он видит - бледная, растрепанная, в засохшей крови.
- Что у вас случилось? - спросил он.
- Говорите, что хотели - и уходите.
У Романа вытянулось лицо - не привык, что ему отвечают в таком тоне. Он мрачно усмехнулся и кивнул мне за спину.
- Пройдем в дом.
- Не пройдем.
- Очень интересно, - протянул Роман и сунул руки в карманы брюк. - Обычно люди предпочитают со мной дружить. Ссорятся только идиоты или бессмертные. Вы к какой категории относитесь?
- Вы хотели спросить про Ареса, - переступила с ноги на ногу, - Я никак не собираюсь мешать его свадьбе с вашей дочерью, - и это правда. Хватит. Ничего не выйдет. - Мы, вообще, с мужем и ребенком скоро улетаем обратно в Грецию, - вру. - Это вы хотели услышать?
- Примерно.
- У вас все?
Он внимательно меня изучает. Бегут секунды. Такие драгоценные. Я смело смотрю на него, не отвожу глаз.
И хочется плакать.
Безумие.
Куда нас все это завело? Если бы я только знала, чем все закончится - ни за что, ни ногой в этот проклятый город, да я бы лучше лоботомию сделала, чтобы стереть из памяти фамилию братьев, я больше не хочу ничего помнить, от этой любви одно лишь зло.
- Ладно...- начал Роман. И осекся, когда из дома раздался протяжный стон.
И следом за ним срывающийся голос моего мужа:
- Марго, стерва! Ты в меня все-таки выстрелила!
Глаза у Романа похожи на блюдца, узкие губы в изумлении приоткрылись.