Автор
Гриша верит в эту легенду о Греции, но когда его угрожают сбросить со скалы, он понимает, что это не просто вымысел. Его родители решительно против такого решения проблемы, объясняя это безопасностью своего сына и нежеланием поддаваться давлению насилию.
Похоже, «Их любимая (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Подняла голову на Тима, в его лицо взглянула - и все поняла.
Я зря волнуюсь.
Вообще, зря.
Ерунда это, мелочь, пустяк, в океане капля.
Мне нечего бояться, стесняться себя и нас потому, что один косой взгляд в мою сторону - и эти мужчины любому открутят голову.
Официант и не посмотрел. С заученной улыбкой расставил на столе блюда, пожелал приятного аппетита и исчез.
Северские начали рассаживаться за столом, и я тоже придвинулась в кресле. Машинально поправила пальцами растрепанные волосы.
- Еще раз с днем рождения, красотка, - Севастиан взял мою пустую тарелку, чтобы положить мясо.
Глава 69
Глава 69
- Игра называется ""Две правды, одна ложь"", - сказал Севастиан, орудуя ножом. - И раз уж я предложил - мне и начинать, - он подвинул свой бокал Аресу, когда тот взял бутылку вина. И подмигнул: - И так, первое: вино, которое нам принесли невкусное. Второе: время сейчас - пять минут первого.
Он замолчал, и за столом повисла густая тишина.
Встретила взгляд Севастиана и громко сглотнула.
- Что здесь правда, что ложь, Рита? - он поднял свой бокал и улыбнулся. Сделал глоток.
Прокрутила в голове слова Северского. И хмыкнула."
"- Нельзя что-нибудь попроще? Например, нас за столом четверо. Или...
- Будет твоя очередь - выберешь, что захочешь, - пообещал Севастиан. - Давай. Угадывай.
- Ладно, - потянулась к бокалу и отпила.
Он сидит рядом, левая рука лежит на столе. На его запястье часы, и я повернула к себе циферблат.
- Время верное, - признала. - Это правда. Третье...- запнулась, вспомнив о его планах трахаться после ужина. Поймала насмешливый взгляд карих глаз и фыркнула. - Нет, не так. Вино невкусное - это правда. Время - тоже правда. Третье - ложь.
- Мухлюешь, любимая, - Севастиан засмеялся и откинулся в кресле.
- Теперь я, - влез Тим. Он придвинул свое кресло ближе к моему и ткнул вилкой в кусочек мяса. Поднес его к моим губам. И, пока я жевала сочное, истекающее соком жаркое, он говорил: - Этот лайнер принадлежит тебе - первое. Под твоим платьем нет белья - второе. Ты никогда не любила мужа - третье.
Тим развернулся ко мне всем корпусом, и щеки запекло под его взглядом.
