Автор
Гриша верит в эту легенду о Греции, но когда его угрожают сбросить со скалы, он понимает, что это не просто вымысел. Его родители решительно против такого решения проблемы, объясняя это безопасностью своего сына и нежеланием поддаваться давлению насилию.
Похоже, «Их любимая (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 9
Глава 9
Я не сошла с ума, ещё утром была в ясной памяти и знала, что меня зовут Рита. У меня есть любимый сын Гриша.
И муж.
Дима.
Настоящий мужчина, который на себя взял заботу обо мне и ребенке, местами жёсткий, иногда грубый, упрямый и требовательный, такой...не человек - прирожденный правитель, первый бог на Олимпе.
И вот...
Проклятье.
Мужские губы, что в сантиметре от моих были всего секунду назад - они с размаху впечатались.
От неожиданности охнула, рот приоткрыв. И горячий язык скользнул в меня, в мой врезался.
Я не сошла с ума.
Я просто выключилась из этого мира и реальности, захлебнулась от накативших чувств, что память швырнула в меня, как волну.
Подкосились ноги.
В нос ударил терпкий аромат одеколона.
Пальцами вцепилась в крепкие мужские плечи, обтянутые пиджаком.
Какая слабая штука - психика, сейчас она меня подставила, я обо всем на свете забыла.
Только имя его помню.
Мужчины, который обнимает меня.
Задохнулась от жадного поцелуя, в который он словно семь лет разлуки хочет вместить, он набросился, как оголодавший, в стену меня вжал.
Его язык у меня во рту.
Изучает, будит, напоминает и требует, ласкает и напирает.
Мой мозг - не крепость, а косая избушка, которая от близости этого мерзавца развалилась в щепки.
Его зовут Тим - его имя в голове крутится на повторе.
Сильные руки торопливо скользнули по телу, будто до всего сразу хотят достать, сдавить, широкие ладони опустились на мои ягодицы и сжали сквозь платье.
Из меня вырвался стон.
Рефлексы.
Они быстрее рассудка включились.
Не муж.
Нельзя."
"Руками с силой упёрлась в мужскую грудь, отталкивая. И, когда это не сработало - укусила его за губу.
Снова толкнула, когда Тим слегка отстранился.
И отвесила такую пощечину, что зазвенело в ушах.
- Совсем спятил? - толкнула еще, подальше. Просто уберите его кто-нибудь от меня или я этой озабоченной скотине коленом между ног вдарю. - Ты вообще уже?
На его полной губе выступила капелька крови, у меня во рту ее вкус. На его щеке алеет отпечаток моей руки, у меня горит ладонь.
Тим потёр лицо костяшками пальцев, моргнул. И его взгляд из мутного стал осмысленным.
- Черт, - он сам отступил. И усмехнулся. - Рита. Я не то хотел.
- Целоваться не хотел? - переспросила.
Щеки пылают так, словно это меня ударили.
- Нет, разумеется. Извини.
- Извинить?
- Рита, - он совсем отошёл, к противоположной стене, пропасть между нами оставив. Сунул руки в карманы брюк, словно боится опять меня схватить.
