Автор
Внутри квартиры доносится смех Артема, который играет чужой дом за дверью. Ты стоишь, не зная, что делать — или даже как выглядит человек в противоположной комнате. Интуиция подсказывает: он красив, но это лишь маска лжи и жестокости. Обаятельный и чувственный, он обольщает словами. Пока ты пытаешься разобраться с этой необычной ситуацией, Артем будто проникает в твой мир....
Он настроен серьезно, без шуток, он хочет меня трахнуть прямо сейчас, и я сама ему позволила думать, что я согласна.
– Чувствуешь, как я тебя хочу? – он ловит мою руку. – Глаза открой, Русалочка.
Коснувшись пальцами гладкой кожи вздрагиваю и невольно открываю глаза.
Артем управляет моей рукой, накрывает ее своей, и сжимает мою ладонь на толстом члене.
Он огромный.
Это не инструмент удовольствия, а орудие пыток, горячий ствол, увенчанный розовой головкой. Сквозь кожу проступают синие линии вен.
Разглядываю его, и темные волоски, дорожка из них ведет к животу.
И тяжело вздыхаю.
Он идеален.
Он прекрасен.
И я тоже…его хочу.
– Довольна осмотром? – Артем усмехается и подступает ближе на шаг. Сжимает мою руку, и я крепче обхватываю твердый член.
Его ладони ложатся на мои бедра. Подтягивают меня ближе к нему, и на столе шелестят бумаги.
– Ноги раздвинь, Лия, – хрипло требует он, и сам разводит шире мои бедра, ввинчивается между ними. Руками ведет на талию, оттуда выше.
– Ох, – готова свалиться назад, на лопатки, и позволить ему все, что захочет, эта грубая ласка все тело простреливает, и перед глазами пляшут звезды.
– Офигенная, – говорит он. Сжимает меня сильнее. – Я за пару минут кончу, точно. Но мы повторим.
Ощущаю давление внизу. Головка тычется в мокрые складки, раздвигает их, скользит между ними."
"Смотрю в потолок, до крови закусив губы. И понимаю, он вот-вот ворвется в меня.
***
Вадим
Меня дико бесит то, что Русалочка с Артемом ушли.
Какого хера они там делают?
– А вы близко с Андреем общаетесь? – щебечет Марина, действуя мне на нервы. – Я вас никогда не видела.
– Такие как ты в нашей компании не бывают, – говорю грубовато.
Девчонка обижается.
– Что, не вашего поля ягода? – дуется, как ребенок.
– Радуйся, дурочка, – хмыкаю.
Телки с нами и правда другие – инстаграммные. Длинные, темные, прямые волосы. Брови вразлет, ресницы пучками, пухлые губы в которые накачан гель.
Хер запомнишь.
Потому всех зайками зовем, чтобы без факапов. Даже шлюшки, бывает, обижаются, когда их не различаем.
– Что-то Лия долго, – бормочет растерянно Марина, и я подрываюсь.
– Сиди пока. Музыку выбери, я схожу за ними, – говорю, уже скрывшись в коридоре.
Я ведь знаю, чем они там занимаются. Это и заводит, и из себя выводит.
