Автор
В темном джунглях лишь вращающийся вентилятор над головой девушке давало немного облегчения от духоты. Алия сжимала кулаки в предвкушении побега, но каждое движение напоминало о том, как ее рукам привязали ночью ублюдки.
— Лэндон, я знаю, как сильно ты любишь грудь нашей сабы. Почему бы тебе не подготовить ее для зажимов? — спросил Дэйн.
— Конечно, — согласился Лэндон.
Он обвил ее тело руками и заставил прогнуться так, чтобы ее грудь была на одном уровне с его ртом. Затем он вобрал сосок в рот и жестко потянул за него.
Дыхание Алии сбилось, все ее тело было обернуто вокруг Лэндона и он начал посасывать ее груди. Лэндон щедро осыпал их лаской, покусывая, посасывая и зарываясь в них лицом. Он убедился, что ее соски были твердыми, как горошинки и готовы к тому, чтобы на них надели зажимы.
Не успел Лэндон отстраниться, как Купер уже занял свое место. Они работали, как хорошо отлаженный механизм. Купер расположился позади нее, его большие руки обхватили ее груди, подготовленные Лэном. Он держал их, словно спелые плоды, предлагая их Дэйну.
Дэйн взял зажимы, позволяя им повиснуть так, чтобы она могла их видеть.
— Рубины будут прекрасно смотреться на твоей коже. Точнее, эти чудесные красные стеклышки.
Алия покачала головой.
— Ты ведь шутишь, правда? Тал не делает ничего наполовину. В этих камешках по два карата в каждом, и уверяю тебя, они настоящие, а не созданные в лаборатории. Добро пожаловать в новый мир, джентльмены.
Вот черт. Он украсит свою сабу ювелирным украшением ценой в сотни тысяч долларов. Раньше это бы заставило его нервничать, но сейчас он был рад, что они настоящие. Она заслуживала настоящих. Алии не нужны были от него деньги. У нее были миллионы в собственных трастовых фондах.
— Исходя из вышесказанного, зажим получается из чистого золота. Все лучшее для тебя, моя дорогая.
Дэйн обхватил одной рукой ее левый сосок и немного покрутил его, прежде чем надеть и затянуть зажим. Она обязательно почувствует это. Он проделал то же самое и со вторым соском, прежде чем надеть зажим, а потом откинулся назад, чтобы посмотреть на свою работу.
Ее груди были великолепны, с темно-красными сосками. Он был прав. Рубины сияли на ее золотистой коже, делая ее похожей на произведение искусства. Те будут раскачиваться вместе с ее грудью, когда они, наконец, будут трахать ее.
Дэйн поднялся на ноги и быстро стянул туфли и слаксы, отбрасывая их в сторону и освобождая свой член. Тот был тверже, чем Дэйн мог себе представить. Он едва не пульсировал в его руке.
