Автор
Роман "Их пленница" затрагивает тему беззащитности молодой женщины, зажатой между жестокими оборотнями и равнодушными властями. С первых кадров читатель знакомится с трагической судьбой его героя - девушкой, у которой нет никого на стороне кроме своей дряхлой тети. Волнующий сюжет раскрывается захватывающей мрачной атмосферой и остротой событий....
Хотя бы символически, — Александр приподнял бокал, вино едва покрывало донышко. — Представьте, если ваша дочь жива, разве есть, что еще желать?
— Нет, — подумав, я приняла бокал.
Взгляд Александра был слишком взрослым. Он смотрел как повидавший жизнь человек.
Я поднесла бокал к губам, по очереди рассматривая братьев. Не просто смотрела — примеряла роль моих мужчин. Представляла львов на их месте.
Что, если бы Марк с братом бы украли меня, стали моими любовниками и я бы забеременела от старшего… То, что первым стал бы он, я нисколько не сомневаюсь.
Вот как бы все сложилось тогда?
Я пытливо смотрела в Марку глаза. И на миг показалось, что со мной бы не случилось беды, будь я их женщиной. Руслан и Кирилл были слишком беспечны. Они меня украли — они были обязаны обо мне позаботиться. Эти ребята хотя бы понимают, что женщина прайда нуждается в защите и внимании. Да, я хотела опеки и кого-то, кто сможет помочь."
"Я первой опустила глаза и отпила терпкого вина.
— Давайте я скажу вам правду о нашем мире, — Марк подставил ладонь под донышко бокала и заставил отпить еще. — Здесь не выживают дети, если их не защищают отцы. Выпейте еще, Оливия. И сделайте верный выбор.
Он склонял меня к постели. Очевидно, как день.
Запертый номер, вино, уговоры, которые могут длиться всю ночь. Марк стоял передо мной на коленях, а брат ходил по номеру: пил вино и бросал на меня взгляды, от которых тело пекло во всех местах. Он так хотел до меня добраться… Даже больше, чем Марк.
Пальцы Марка нетерпеливо сжались на бедрах, побуждая меня решить хоть что-нибудь. А затем, он наклонился и оборвал мысли поцелуем.
Глава 40
Первый поцелуй за долгий срок.
Он коснулся моих губ, положив пальцы на подбородок. Я закрыла глаза, едва-едва отвечая — неуверенно, потому что это третий мужчина в жизни, с которым я целовалась.
Первым был Зверь. Вторым — Руслан.
Этот поцелуй не пробудил ничего особенно — непохожий на страстные ласки молодого самца.
— Милая моя, — прошептал он, с таким жаром глядя на мое тело, что я задрожала под этим взглядом. Задрожала, как когда от их взглядов.
На месте Руслана теперь был другой мужчина.
Меня одолела странная слабость — мне понравился поцелуй.
