Автор
Роман "Их пленница" затрагивает тему беззащитности молодой женщины, зажатой между жестокими оборотнями и равнодушными властями. С первых кадров читатель знакомится с трагической судьбой его героя - девушкой, у которой нет никого на стороне кроме своей дряхлой тети. Волнующий сюжет раскрывается захватывающей мрачной атмосферой и остротой событий....
В следующую секунду рот оказался на моих губах — жестокий, агрессивный, словно мстил за то, что первым я выбрала Кира. И пока тот будет… Руслан овладеет мной хотя бы так.
Он придавил нижнюю губу ртом, затем зубами, еле сдерживая силу. Хриплое дыхание вырывалось с тихим рычанием. Как же я его разозлила!
Я закрыла глаза и отдалась терзающим меня губам. Позволяла владеть собой, как угодно, радуясь, что главное драки удалось избежать. И согнула ноги, развела их, подчиняясь рукам Кирам.
— Сейчас, Фасолька… Потерпи.
Звук рвущейся ткани, хрип вместо дыхания.
Они мяли мое тело одновременно. Эти ощущения нельзя получить с одним любовником. Один — слишком мало, как ни крути. Кир был тяжелым, он распластал меня по земле, закрыв обзор плечом. Холодно не было — он грел меня. Губы ласково елозили по шее, слегка прихватывая кожу.
Настырный, как животное, он и удовольствия получал так же — самозабвенно, не видя света белого.
Руслану пока достался рот — мы слились в поцелуе. От его человеческой формы пахло табаком и кровью. Колючая щетина терлась об лицо, а шумное дыхание касалось лица. Чтобы они не мешали друг другу, мне пришлось запрокинуть голову.
Втроем мы возились под яблоней и, наверное, сверху нас было хорошо видно в буро-зеленой траве.
Я знала, что он станет вторым, когда Зверь закончит. И очень хотела этого. Я так скучала…
Несколько последних толчков, таких сильных, что крестец вжало в землю, и Кир навалился, со стоном кусая шею. Не сильно, просто пасть занять.
Руслан не дал ему отдохнуть: уперся в плечо и нетерпеливо столкнул."
"Кирилл скатился в траву слева от меня, и я смогла вдохнуть полной грудью. Ладонь легла на лоб, удерживая на месте. Глаз я не открывала, но почувствовала, как Зверь целует грудь, поднимается выше, покрывая поцелуями шею, и оказывается у моих губ. Ловит их, лаская — без прежней страсти, он играл, сладко жмурясь.
