Она выбежала в гостиную, спотыкаясь о стулья, и, не замечая боли, побежала во двор.
Милош при виде нее стал еще бледнее. Анхель, сидящий на скамейке, вскочил, ожидая дурных новостей. Даже Йон напрягся, и лишь одна Йована заулыбалась. Только она смогла прочитать по лицу Ясмин, что с подругой все хорошо.
– Бабушка сказала, что ничего страшного, она поправится. Эти раны – царапины, все пройдет и забудется. София в полном сознании.
– Господи, – выдохнул Милош и закрыл лицо руками, – прости меня, Господи, я виноват…
– Давайте не будем искать виновных, – тут же вставил Анхель, – он все равно здесь один. Я не усмотрел, это только моя вина.
Все то время, что он искал Софию во тьме, нес на руках к машине, разговаривал с ней в комнате, он злился на себя больше, чем на тех, кто был в той проклятой машине. Сидя во дворе в ожидании каких-либо новостей о ее состоянии, он уже мысленно четвертовал себя. Злость душила его, а в голове рождался новый план мести – собственноручно разорвать Александра.
Но после слов Ясмин пришло облегчение. Появилось новое желание, с которым он не мог справиться.
Быстрым шагом преодолев лестницу, он оказался у двери.
Бабушка впустила Анхеля только тогда, когда София уснула. Позже пришел Милош, чтобы обнять и пожелать спокойной ночи. Ясмин принесла ей ночную сорочку. Платье пришлось выкинуть, оно порвалось в нескольких местах. Ясмин уже готовила наряд для Софии на завтрашний день. Сватовство решено было продолжить.
– Цыган не сломить, – сказала Ясмин Софии, когда уходила к себе, – пусть чужаки не думают, что победили.
Это было верным решением. София улыбнулась, закуталась в одеяло и крепко заснула. Снов не было, и голова все еще гудела, когда она проваливалась в темноту.
Утро разбудило ее солнцем и песнями на улице. Кажется, гости продолжили гулянья с рассветом. Какой веселый народ, даже взрывы им не помеха! А слышали ли они что-нибудь вчера поздним вечером?
София коснулась своей головы, боли не было. В целом она чувствовала себя гораздо лучше, можно снова петь и танцевать, веселиться и праздновать помолвку.
Девушка опустила взгляд на живот, откинула одеяло и увидела повязку. Зачем, если это царапины? Они почти не болят и вообще не стоят такого внимания.
Кто-то шевельнулся рядом, и София замерла, а затем резко обернулась. Анхель. Он сидел на ее кровати, прислонившись к стене, и крепко спал. Он проспал вот так всю ночь? Ошарашенная, София аккуратно приподнялась, но его глаза тут же открылись.
Нет ничего лучше, чем проснуться вместе. За последние три месяца это стало ее несбыточной мечтой. Она многое готова была отдать за этот момент, поэтому сейчас просто молча смотрела в его глаза. Эти минуты стоили того, чтобы пережить взрыв, удариться головой и быть прижатой деревом.