Да, он мог признаваться ей в любви, но он упорно не хотел следовать велению своего сердца.
– Разве ты еще не понял, что я всегда буду рядом? Что ты хотел от девушки, которая в каждом видела убийцу? Найти его стало моим наваждением. Но сейчас все по-другому. Разве я не доказала тебе, что хочу быть с тобой?
– Уничтожить Лазара теперь стало твоим наваждением. – Он протянул ей платок, вытащив из кармана брюк.
Она взяла его, даже не понимая, что делает. Приложила к животу и, схватив белую блузку, быстро надела ее на себя.
– Лазар меня не интересует. – Ложь это или правда, София точно не могла сказать. В какой-то степени – правда, и от нее ком встал в горле. В глазах застыли слезы. Она сидела лицом к воде, уже ненавидя это озеро. – Что мне сделать, чтобы ты понял, насколько ты важен для меня? Разве ты не видишь, что мы оба страдаем?
Она взглянула на Анхеля, тот уже был одет и стоял над ней, но отвел взгляд на воду.
– Поэтому я выбрал Шафранку, – задумчиво сказал он, – чтобы никто не страдал, а начал жить своей жизнью. Это решение мне далось непросто. Ты сестра Милоша, и я буду оберегать тебя, но между нами уже не может быть ничего большего.
Он прошел к машине, открыл дверь и сел на водительское сиденье. София отвернулась к озеру и услышала только звук мотора отъезжающей машины. Анхель уехал. Девушка, поджав колени к животу и обхватив их руками, продолжала смотреть на водную гладь, ощущая себя одинокой и никому не нужной. Снова. Эти чувства теперь навеки ее друзья и враги, они всегда будут с ней.
Слезы скатывались по щекам, сил держать все в себе больше не было. Неожиданно налетел прохладный ветерок, и София вздрогнула. Надо было вставать, одеваться и уезжать. У нее была лишь одна попытка, и она провалилась. Мечтала ли она вернуть назад прошлое и все изменить? Мечтала, но, увы, сделать это невозможно. Приходится расплачиваться за свои ошибки и жалеть себя.
София с трудом натянула юбку и снова села, смотря на озеро и деревья, которые качались на другом берегу и шелестели листвой. Ни звука. Только ощущение одиночества и пустоты.
Казалось, так она просидела вечность, потеряв счет времени. Смахивала слезы, которые никак не могли остановиться. Поднимала глаза к небу, пытаясь вздохнуть сквозь боль. Все стало безликим и пустым. Ей теперь одна дорога – в Нови-Сад, в свой дом. Она предпочтет никогда не приезжать в цыганский поселок, чтобы не причинять себе лишней боли.
Совсем замерзнув, София встала на ватных ногах. Слегка качнулась, в голове все поплыло, но, услышав шум машины, она попыталась сконцентрироваться и затаила дыхание. На дороге, которая убегала в глубь леса, виднелся свет фар. Уже начало смеркаться, в сумерках невозможно было разглядеть машину, но где-то внутри теплилась надежда.