На самом деле все это было не так, это были замечательные живые дети, правда, болезненные и подвергнутые радиологическому воздействию по специальной методике, но не монстры и не чудовища. Единственное, о чем Настя решила пока умолчать, это о том, что со своим родным отцом Ира уже почти год живет бок о бок в одной квартире. Ира слушала ее, напряженно приоткрыв рот, но не ужас видела Настя на ее болезненном личике, а странное выражение не то понимания, не то просветления.
— Значит, все это благодаря ему? — спросила она, когда Настя закончила свое повествование.
— Что — это?
— То, что я могу работать так много и содержать семью. Если бы не его эксперименты, я бы ничего не смогла, да?
— Ирочка, если бы не он, тебе и не пришлось бы работать так много. Твоя мама, сестры и брат были бы здоровы, твой отец был бы жив, и ты жила бы совсем по-другому.
— Неизвестно, — девушка покачала головой. — Мало ли как жизнь сложилась бы. Значит, мама совсем ни в чем не виновата?
— Конечно, не виновата. Она просто помешалась от ужаса и горя, когда узнала, что сделали с вами.
— Нет, все равно, — Ира снова упрямо покачала головой, — он же хотел как лучше. Он хотел, чтобы мы с Павликом были сильными и выносливыми, а Натка и Олечка — способными и талантливыми. Он нам добра хотел. А мама этого не оценила. И сделала так, что все стало только хуже. Она должна была верить ему, раз уж любила и рожала от него детей. Я бы на ее месте так не поступила. Можно мне с ним познакомиться?
— Зачем?
— Но он же мой отец. То есть наш отец.
— Ира, он за шесть лет ни разу ничем вам не помог. Наверное, вы ему не нужны, как ни горько в этом признаваться.
— Нет, я знаю, мы ему нужны. Просто он чувствовал себя очень виноватым за то, что все так вышло, поэтому не признавался. Он же ходил и в больницу к детям, и к маме в дом инвалидов, вы сами говорили. Значит, мы ему небезразличны. Я думаю, мне надо обязательно с ним познакомиться и сказать, что я ни в чем его не виню, он не может отвечать за мамины поступки."
"Такого поворота Настя не ожидала.
Конечно, за шесть лет Ира устала от постоянно грызущего ее чувства ненависти к матери, она больше не хочет ненавидеть, она хочет всех простить и всех любить. Ведь именно любви ей так не хватает. Она не понимает очевидного, потому что не хочет понимать, и готова придумывать оправдания Волохову, закрывая глаза на все, что этим оправданиям противоречит. Она устала бороться одна, никому не нужная, кроме своих инвалидов, всеми брошенная без помощи и поддержки.
