Автор
Наступившая после грозы ясная весенняя ночь зажгла ритмы души жителей этого маленького городка, где каждый мог найти в себе героя или трагедию. По кладбищу протестировались легкие, вдохнув воздух полным горла — как будто утонувший мир отдавал последние глотки свежести перед новой жизнью....
– За что Максима подстрелили?
– За то, что твоей отмычкой пытался открыть замок у калитки двухэтажного коттеджа в райцентре, – сказал Веселкин.
Пирамидин торопливо перекрестился:
– Чудны дела твои, Господи!.. Спасибо тебе, Боженька, что не лишил меня разума.
– Как твоя отмычка попала к Ширинкину?
– Максим заявился ко мне позапрошлым вечером и стал разводить бодягу насчет того, что отъявленная стерва из райцентра угрожает заложить его за мокруху, к которой он не примазан и не хочет тянуть срок за чужую похмель.
– Пистолетом «Зауер» Ширинкин не хвалился?
– Показывал дурень.
– Давно он вооружился?
– Когда к Коновалихе ездили, не было у Максима оружия. Кажется, такой пистолет я видел у Валентина Сапунцова. До моей судимости за хлебный сейф мы с Валей шастали по казино. Он тогда хотел стать профессиональным карточным каталой, а я сбивал игру его конкурентам.
– Не общаешься с ним?
– Только на уровне «привет – привет».
– О его делах что знаешь?
– Совсем мало… – Пирамидин, зажав бороду в кулак, помолчал. – Приласкал Сапуна армянский мафиозо Назарян. Для ширмы прикрываются торговлей бензином. А главный бизнес делают на наркотиках. Одним из крутых дилеров их фирмы является Слониха, которая под вывеской безвинной кафешки «Вдохновение» у речного вокзала содержит натуральный кайф-базар.
– Притон наркоманов?
– Ну. Вот и все мои знания.
– О конфликте Ширинкина с Сапунцовым не слышал? – вновь спросил Веселкин.
– В пьяном запале Максим бухтел, будто Сапун ссучился и круто облапошил его. Предлагал даже мне открыть отмычкой сапунцовский гараж и забрать там портфель с баксами. Я отбазарился от кирного дурилы.
