Автор
Наступившая после грозы ясная весенняя ночь зажгла ритмы души жителей этого маленького городка, где каждый мог найти в себе героя или трагедию. По кладбищу протестировались легкие, вдохнув воздух полным горла — как будто утонувший мир отдавал последние глотки свежести перед новой жизнью....
Недавно в универмаге слышала разговор двух молоденьких продавщиц. «Ты вчера смотрела ужастики?» – «А как же! Ой, я так их обожаю!». Невольно задумаешься: до какой степени надо опуститься морально, чтобы обожать ужас?…
– Да, мораль нынче, следует признать, далеко не на высоте, – сказал Антон и вновь спросил: – Автор не огорчался, что его книги не пользуются спросом?"
"– Нисколько. Для него был важен процесс, а не конечный результат. Жизнь в домике на Кедровой мне стала казаться невыносимой. Чтобы отвлечься от беспросветности, решила построить коттедж.
– Пенсии ему не хватало?
– Он слишком пренебрежительно относился к деньгам. Часто одалживал встречным и поперечным пьянчужкам, которые никогда долгов не возвращали, но сам ни у кого взаймы не брал. Да и я постоянно следила, чтобы не влез в долги. Кроме меня, его иногда выручали друзья по афганской службе. Просто брать у них деньги Георгий отказывался категорически.
– Значит, о сведении с ним денежных счетов преступниками не может быть и речи?
– Конечно, нет. В этом я уверена стопроцентно.
– Яне Золовкиной вы доверяете?
– Абсолютно и во всем.
– Какие у нее отношения с Валентином Сапунцовым?
Царькова растерянно замялась:
– С прошлого года – никаких. А что, это очень важно?
– Понимаете, София Михайловна, когда я беседовал с Яной, она казалась мне искренней до той поры, пока разговор не зашел о сожителе.
Бледное лицо и мочки ушей Царьковой стали пунцовыми. Опустив глаза, София Михайловна после затяжного молчания тихо проговорила:
– Сожительницей Сапунцова Золовкина стала по моей просьбе.
– Вы их сосватали? – уточнил Бирюков.
– Нет, совсем не то… Валентин приезжал ко мне.
