В сборнике раскрываются острые истории о мафии, чести и подлости. Сюжет строится вокруг трагической смерти женщины и загадочных деталей, связанных с ножом и кольцом. Развивается интрига вокруг прошлого и мотивов, стоящих за этим событием.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Именем закона. Сборник № 3»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В сборнике раскрываются острые истории о мафии, чести и подлости. Сюжет строится вокруг трагической смерти женщины и загадочных деталей, связанных с ножом и кольцом. Развивается интрига вокруг прошлого и мотивов, стоящих за этим событием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Игорь Гамаюнов Легкое чтение Детективы подборки серии
В сборнике раскрываются острые истории о мафии, чести и подлости. Сюжет строится вокруг трагической смерти женщины и загадочных деталей, связанных с ножом и кольцом. Развивается интрига вокруг прошлого и мотивов, стоящих за этим событием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Принес и унес. Видимо, имел в виду угостить Грач. Не могу простить себе, что сначала поехал к Грач, а не к Голубовской. Хотел бы я знать, почему она не ночевала дома.
Александру удалось выяснить по телефону, что уборщица Дарья Касьяновна уехала в деревню в Калининской области. В дирекции по эксплуатации зданий названия деревни не знали, но обещали узнать. Дарья Касьяновна должна была возвратиться в Москву через двенадцать дней.
— Голубовская, Дарья Касьяновна… Кто следующий? — сказал я.
— Ничего не поделаешь, — развел руками Александр. — Время летних отпусков.
— Эту ссылку Самарин не примет. Вернемся к плану.
Мы сидели в нашем кабинете и обсуждали оперативно-розыскной план, который должны были представить начальнику МУРа.
— Боюсь, что этот план он тоже не примет. Ты предлагаешь параллельную разработку взаимоисключающих версий. Думаю, нам с тобой разумнее сначала решить дилемму — самоубийство или убийство.
Конечно, разумнее было бы решить: Комиссарова покончила с собой или ее убили. Еще полчаса назад я надеялся, что смогу принять такое решение благодаря экспертизе. Но медики и баллистики не внесли ясность в дело. Я получил предварительное заключение, в котором говорилось, что направление раневого канала не исключало возможности нанесения раны как собственной, так и посторонней рукой.
— Предположим, что Комиссарова покончила с собой, — сказал Александр. — Ей было сорок лет. Зрелая женщина, а не шестнадцатилетняя свистулька. Что ее вынудило покончить с собой, да еще таким варварским способом? У нее же было все — работа, квартира, друзья, молодой многообещающий любовник.
— Любовник, а точнее — сожитель.
— Ну хорошо, хорошо, муж, хотя юридически прав я, а морально-этическая сторона данного вопроса весьма спорная.
— Так что вынудило? Отсутствие ролей? Сегодня их нет, завтра — есть. Она же получила роль Офелии. Ссора и уход мужа, любовника и сожителя, одним словом, Рахманина? Что он такого сделал? Ну ушел. Ну переспал с другой. Из-за этого убиваться? Не средние же века и даже не девятнадцатый.
Странное чувство я испытывал, думая о смерти Комиссаровой. Она вызывала во мне сострадание, как близкий человек. Что я знал о ней? Очень мало. Но мне казалось, что ее мысли были созвучны моим. Может быть, причина крылась в том, что мне знакомо состояние человека, оказавшегося в тупике, когда опускаются руки, теряешь веру в себя, в свои возможности и становишься бессильным. Перед тобой стена отчуждения, беспросветность. Жизнь кажется бессмысленной. Так было со мной десять лет назад в Тбилиси. Театр отказался от моей пьесы. Газета, в которой я сотрудничал, не опубликовала серию разоблачительных статей, подготовленных мною на свой страх и риск.
