Золото, камни, которые ты переправляешь нам, реализуются медленно. Слишком медленно.
— А что же ты хочешь?
— Ого, — присвистнул Филин.
— Вы ничего не понимаете. Сейчас идет война с латиноамериканскими картелями, ввоз наркоты резко сократился. А в СССР есть все главное — сырье.
— Ты хочешь, чтоб мы его тебе отправляли?
— Чтобы стать богатым, нужно отправлять готовый продукт. Кстати, у тебя же есть люди в таможне?
— Сведи меня с ними.
— Рома, ты что, фрайера нашел? Я дам тебе все свои связи, а ты сунешь мне еще один кейс и выгонишь меня из дела?
Гольдин захохотал, налил рюмку водки.
— Кстати, у меня в Вене произошел конфликт с Сережкой Третьяковым.
— Что значит конфликт?
— Ну подстрелили его немножко.
— Немножко, — зло сказал Филин, — немножко беременная, как говорят наши шалашовки. Где он?
— Я знаю Третьякова, он будет молчать.
— Дай Бог. Но скоро он вернется в Москву…
— Я тебя понял, мы его уберем.
— Кстати, — засмеялся Гольдин, — а что ты говорил насчет шалашовок? Угости.
— Вова! — крикнул Филин.
На пороге появился молчаливый Вова.
— Где Марина и Лена?
Через несколько минут на террасу поднялись две прелестные молодые женщины.
— Угощайся, — Филин встал и пошел в дом.
— Нет, подполковник, — высокий крепкий человек встал из-за стола, — еще раз нет. Нет среди наших такого клиента. Конечно, я понимаю, наши афганцы не мед и сахар. Кое-кто и с блатной шпаной связался. Но человека, о котором вы говорите, мы не знаем.
Корнеев сидел в Ассоциации воинов-афганцев.
Кабинет зампредседателя больше напоминал ленкомнату воинской части, по стенам были развешаны плакаты, фотографии, карты.
— Мы не любим милицию, — твердо сказал зампред.
— Я ее сам не очень люблю, — сказал мрачно Корнеев.
— Но тем не менее мы сделаем все, чтобы помочь вам, тем более у Саши-вертолетчика татуировка больно заметная.
— Да, три офицерские звездочки на правой руке.
— Послушайте, подполковник, — зампред сел рядом с Корнеевым на диван. — У нас в училище парень был, Алеша Комаров, так его за дела всякие выпустили младшим лейтенантом. Он тогда себе, по пьянке, звездочку на плече наколол.
— А ведь это мысль, Сергей Сергеевич, ей-Богу мысль. Может, наш Саша просто в училище был военном.
— Запросите. Вертолетчиков не так много школ готовит.
Кафтанов курил и, казалось, совсем не слушал Корнеева. Он листал дело, что-то выписывая в блокнот.
— Значит, так, Игорь, — Кафтанов встал, подошел к окну. — Пока ничего нет, так я понимаю.
— Это с какой стороны смотреть, — мрачно ответил Корнеев.
— А с любой. Машина «ягуар» угнана у некоей Сомовой Натальи Борисовны. Авто это она пригнала из Польши, где приобрела его за валюту.
— Наталья Борисовна Сомова, по установочным данным, пять лет занималась проституцией, а теперь стала фотомоделью.