Автор
Прохожу в узкую, темную комнату бара, где последние посетители уже ушли домой. Но не успела я сделать и шага к двери, как раздается непривычный звонок. Джордан Коул — мужик из отдела маркетинга, которого я обслуживала каждый день на протяжении месяца. А сейчас он у меня в долговую дуэль за то, что не ответил на сообщение о встрече, назначенной на полночь....
– И это весело? – спрашиваю я.
Она смотрит на лобовое стекло и пожимает плечами, а в уголках губ вновь появляется улыбка.
Я ухмыляюсь.
– Да, это было весело. Спасибо за помощь. Я обязательно дам тебе знать, когда начнется следующий шторм, чтобы ты вновь приняла участие в спасении стройки.
– Круто.
Я въезжаю в наш тихий городок, поворачиваю налево, а затем резко направо, в мой квартал, впервые за сегодня чувствуя себя довольным. Она очень хорошая. Надеюсь, Коул не облажается, потому что уже сейчас я могу с уверенностью сказать, что Джордан станет прекрасной матерью и будет поддерживать мужа, а не пить из него все соки.
И мне почему-то приятно, что ей понравилось сегодня на стройке. Никто в моей семье никогда не интересовался – и не гордился – тем, чем я зарабатываю на жизнь. Мама, конечно, любит меня, да и отец любил до самой смерти, но они всячески уговаривали поступить в колледж, чего мне и самому хотелось, пока не появился Коул.
Родителей расстраивало, что я остался в этом городке и устроился на работу, которая, по их мнению, требовала больше физических усилий, чем умственных.
Когда я открыл «Строительство Лоусона» – собственный бизнес – и построил свой дом, они все еще смотрели на меня так, словно я впустую растрачиваю силы и мне бесполезно что-то говорить. Поэтому сдались.
Не скажу, что они ненавидели то, чем я занимаюсь, или были недовольны тем, кем я стал. Скорее, оплакивали мои упущенные возможности и беспокоились о счастье своего сына. Но они не понимали, что теперь у меня есть собственный сын и его счастье стало для меня превыше всего.
К тому же мне действительно нравится многое из того, что я делаю: провожу много часов в день на открытом воздухе и под лучами солнца, а еще это отличная физическая нагрузка… Так что я вполне доволен своей жизнью. И ничто не терзает меня по ночам. Но приятно видеть, что кому-то это понравилось так же, как и мне.
– Это сделало мой день, – говорит Джордан. – Ничто не сравнится с этим.
– С чем именно? – интересуюсь я. – С промоканием до нитки?
– И с играми в грязи.
Улыбнувшись, я качаю головой и сворачиваю на подъездную дорожку.
– Это не игры в грязи.
Она смотрит на меня.
– О, ты в этом разбираешься, верно? Может, твой пикап такой грязный потому, что ты любишь погазовать в какой-нибудь грязюке?
Я усмехаюсь и глушу мотор, а затем поворачиваюсь к ней.
– Малышка, если можешь разглядеть цвет краски на пикапе, то его используют не по назначению. Запомнила?
Джордан закатывает глаза и открывает дверь.
