Зачем все это?
– Ты мне не доверяешь? – Он поднял бровь со шрамом в деланом удивлении. – Ну же, Мира. Просто дай свою руку.
Я протянула сразу обе ладони, и он сжал их теплыми пальцами. Все еще глядя мне в глаза.
– Так я и думал. Конечно, лучше бы ты снова засунула язык в мой рот, но это тоже неплохо.
– И что теперь? Чего мы ждем? – почему-то шепотом спросила я.
Шторм негромко рассмеялся и снова посмотрел вверх. Я повторила за ним. Моргнула. И ахнула.
– Боги… Но так не бывает!
Ветви дерева на моих глазах покрывались цветами. Почки набухали и лопались, выстреливая тонкие, почти прозрачные лепестки, раскрывались бутонами, наливались белоснежностью и ароматом, пока все-все дерево не стало похоже на душистое облако. И теперь мы стояли в самой его сердцевине, окутанные коконом из лепестков.
Я моргнула. Потом еще раз. И еще.
– Мира, ты ведь не собираешься заплакать? – с мягкой насмешкой спросил Шторм, и я помотала головой.
Вообще-то как раз это я и собиралась. Но все-таки сдержалась.
– Я думал, тебе понравится.
– Мне нравится! – Слова получились сиплыми из-за застрявшего в горле комка. – Просто мне никогда не дарили целое дерево, расцветающее на моих глазах. Если честно, я не думала, что такое… возможно.
– Водным хёггам откликается не только волна, – погладил он большим пальцем мою ладонь. Белые лепестки мягко опадали на наши плечи. Словно ароматный летний снег. Моя нежная неснежная метель…
Шторм мягко потянул меня к себе.
– Я хочу, чтобы у тебя остались воспоминания, кьяли, – шепнул он у моего виска. – Не только плохие.
Я замерла в его руках. Лепестки кружились, дурманя голову.
– О Последнем Береге. Обо мне.
Воспоминания… Их уже накопилось больше, чем за всю мою жизнь. И они удивительные. Порой пугающие. Порой сводящие с ума или даже безумные. Но точно не плохие. Вот только сердце сжимается, когда он говорит это. Говорит о том, что будет потом. Без… него?
Я прижалась щекой к грубому полотну черной рубахи с белой строчкой у горла. Совсем рядом, в нескольких шагах от нас, веселился Последний Берег, взлетали к небесам смех и музыка. А здесь, за цветочной занавесью, остались лишь мы.
Он слегка отстранился и поднял пальцем мою голову, чтобы заглянуть в глаза. В штормовой зелени таяли белые лепестки…
– Это лучший подарок в моей жизни, – сказала я.
– Да. – отозвался Шторм. – Это лучший подарок в моей жизни.