Автор
В романе "Имя потерпевшего - Никто", Александра Маринина устраивает калейдоскоп из теней и света, где обыденность смешивается с мистикой. Эта книга как бы растворяется в атмосфере тревоги и опасности, создаваемой ее гениальным мастерством. Автор ставит читателя на грани между реальностью и загадкой, где каждый шаг может свидетельствовать о ключе к загадке или об эскалации страха....
Более того, в его новом бизнесе ему совсем не нужно, чтобы около него отирался такой тип, как Сережа, с детства имевший дело с наркотой, угонами машин и прочими подростково-юношескими глупостями. Не особенно умный, хитроватый, малообразованный и не совсем здоровый, к тому же точно знающий, что половину, а то и больше наркотиков, обнаруженных при облавах, этот милиционер клал в собственный карман. На черта ему сдался этот Сережа? Когда пресловутый милиционер вел линию борьбы с наркотиками, у него был Сережа, которого всегда заблаговременно предупреждали о готовящейся облаве, потому он в эти дни не употреблял и даже в карман не клал, чтобы прицепиться было не к чему.
– Догадаться несложно, – чуть улыбнулась она. – Это, к сожалению, часто встречается. Я хочу сказать, в последние годы, когда люди стали уходить из милиции в бизнес.
– Два года назад. Может, чуть больше. Я возьму еще сигаретку?
– Конечно. Может быть, вам не стоит курить одну за одной? Все-таки у вас сердце слабое. Или документы врут?
– Не, не врут, все точно. Но курить очень хочется.
– Ну смотрите. А вы подписку ему давали?
– О неразглашении-то? Давал, а как же. Я с ним и раньше дело имел, лет с четырнадцати, он мне в обмен на информацию деньжат подбрасывал.
– И вы вот так спокойно мне все это рассказываете? А как же подписка?
– Ну интересно! А что подписка? Подписка – она на простых людей рассчитана, на граждан с улицы. Им я никогда ничего и не рассказывал, мне, Татьяна Григорьевна, еще жить хочется. Я ж понимаю, что со мной сделают, если хоть одна живая душа узнает, что я ссучился. А вы-то и без меня все знаете, у вас самой небось таких подписантов штук двадцать, не меньше.
– Есть еще доверенные лица, – добавила Татьяна. – Но тут вы запутались, Сергей Леонидович, я следователь, а не оперативник. Агентура – это у оперативников. А я вот с бумажками все больше вожусь. Давайте-ка вернемся к тому времени, когда ваш покровитель вас подцепил. Чем вы тогда занимались?
– А ничем.
– Совсем ничем?
– Совсем. Перебивался случайными заработками.
