Автор
В глубинах сладко-горького крики и стонах, упираясь своим лобком в ее восставший келдыш, она извивается подо мной. Ясно вижу, как она полностью изолирована подо мной, изгибающаяся от желания, а я медленно двигаюсь внутри нее — индикатор "хочу/не хочу" щелкает из положения в положение. Страсть захватывает меня настолько, что я готов сделать все, чтобы она чувствовала это самое желание....
"
"- Муж мой, а почему это я не могу то теперь сама то ездить за рулем, а? Беременность - это не болезнь то, - традиционно схватив ментальную сковородку, произносит Неждана.
- Да, любимая, беременность - не болезнь. Но ты не будешь ездить за рулем. Не будешь, потому я так сказал. Состояние твоей нервной системы на фоне гормональной перестройки слишком нестабильное. Не хочу в своей жизни очередных граблей. Нежа, ты носишь нашего ребёнка. Теперь ты сама себе не принадлежишь. Я несу ответственность за тебя и нашего малыша.
Эпилог
Моя акварельная картина. Я в мареве счастья летнего полдня.
Все вокруг меня искрится и переливается счастьем: солнечный свет, жар марева, звуки, цвета, тени.
Счастливый мир вокруг меня наполнен какофоние звуков: пение, постукивание, стрекотание, жужжание, движение, шорохи, шебуршание, хруст, колыхание.
Потоки воздуха, обволакивающие меня, дышат запахами.
Мой беременный нос различает массу оттенков от терпко-горького полынного до нежного-тонкого василькового.
Сейчас в моей индивидуальной модальности восприятия задействованы не пять основных способов, а значительно больше.
Я не только вижу, слышу, чувствую, нюхаю и даже пробую этот мир на вкус. Нет, я ощущаю счастье мира каждым атомом своего организма, трансформируя его в свое личное представление, в свою личную модель моего безбрежно-безграничного счастья.
И я пишу это свое личное счастье. Пишу его с летним жарким полднем, с маревом поднимающимся от земли, с васильковым полем, где сижу я - абсолютно счастливая, потому что любимая и любящая.
Себя в своём счастье я рисую со спины в белом платье и огромной белой шляпе, сидящей за этюдником на моем любимом васильковом поле. Впереди меня бегает и резвится моё счастье - мои дети - пятилетняя Вера, трёхлетняя Надежда и полуторагодовалый Николай.
Смотрю на картину своего счастья, написанную собой, и вспоминаю себя семь лет назад, когда я, бросив и свою стажировку, и свой проект, сломя голову понеслась спасать свое счастье.
Боясь от собственной неугомонности и импульсивности, порвать тонкие внутренние связи и рассыпаться на пазлы противоречий, я нуждалась в духовно-моральной подпитке.
