В ночной тьме, где пахнет горящими дровами и алкоголями, я пробуждаюсь в оковах. Верёвка впивается в мое горло, а ноги, связанные за спиной, тянутся к земле, лишь руки несут меня. Посмертье встречает меня с острым копьём — алые круги перед глазами и запаха ужаса в воздухе.
Похоже, «Император Пограничья 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Степан испустил такой тяжкий вздох, будто отдавал мне не пару сомнительной свежести кобыл, а родную дочь:
— Будь по-вашему. Только не подведите уж… Верните назад.
Захар за его спиной показал мне большой палец и довольно ухмыльнулся. Его достоинство, похоже, ничуть не пострадало от затянувшихся споров и ругани.
Наутро я и трое охотников отправились в путь.
Сани мерно поскрипывали на ухабах. Запряжённая в них пара крепких чубарых лошадей равнодушно отмахивалась хвостами от порывов студёного ветра. В вышине парил Скальд, разведывая обстановку.
По пути я разговорился со спутниками, пытаясь лучше их узнать. Постепенно беседа перешла к их жизни в Угрюмихе. Судя по рассказам, существование здесь было трудным, но терпимым.
— Савелий человек себе на уме, — поделился со мной крепко сложенный Силантий, которому было около сорока.
— Верно, — подтвердил его товарищ, длинноносый Федот. — Только вот о простых людях не особо заботится. Больше думает о собственной выгоде, а на наши нужды внимания не обращает.
Третий охотник, молодой Гаврила, сидящий на козлах, в разговор почти не вступал, лишь изредка кивая. Однако его внимательный, цепкий взгляд говорил о том, что парень не пропускает ни слова.
Слушая их истории, я размышлял о будущем деревни. Недостаточно просто прийти и установить новые порядки силой. Гораздо важнее сделать так, чтобы люди сами захотели перемен.
Человеческий ресурс — самый ценный. Можно казнить всех несогласных, но кто тогда будет работать? Куда полезнее найти подход к людям, убедить их, повести за собой. В прошлом мне доводилось набирать в дружину даже отпетых каторжников, что уж говорить об этих звероватых, но по сути неплохих мужиках.
Если уж и придётся от кого-то избавиться, то это должна быть единичная акция.
До Сергиева Посада ехали, останавливаясь только для ночлега и чтобы дать отдыху лошадям. К счастью, ни разбойников, ни Бздыхов не встретили.
Дороги не пустовали — то и дело встречались конные путники. Дважды мимо нас с рёвом пронеслись легковые автомобили, поднимая снег.
