В ночной тьме, где пахнет горящими дровами и алкоголями, я пробуждаюсь в оковах. Верёвка впивается в мое горло, а ноги, связанные за спиной, тянутся к земле, лишь руки несут меня. Посмертье встречает меня с острым копьём — алые круги перед глазами и запаха ужаса в воздухе.
Похоже, «Император Пограничья 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Его пальцы засветились голубоватым светом, и над площадкой начал формироваться прозрачный купол из чистой энергии, призванный защитить зрителей от шальных заклинаний. — Дуэль объявляется открытой!
Осокин, даже не прибегая к вербальным или соматическим компонентам, обрушил на меня шквал дистанционных атак стихий воды и льда. Среди собравшихся послышались восхищённые шепотки — для Подмастерья подобное владение магией было редким достижением.
Кто-то из дам негромко ахнул:
— Какая техника! Ни единого жеста!
В ту же секунду я невозмутимо активировал Воздушный шаг, позволивший активно уклоняться от магии противника.
По рядам зрителей прокатился изумлённый шёпот. Все прекрасно знали, что я всего лишь Пробуждённый, но сотворил чары также без единой отмашки или слова, словно маг гораздо более высокого ранга. И если для Подмастерья подобное считалось потрясающим результатом, то для Пробуждённого — невозможным.
Кто-то восхищённо цокнул языком, кто-то недоверчиво качал головой.
Тем временем оппонент обрушил на меня целый шквал ледяных копий. Они со свистом рассекали воздух, сверкая в свете фонарей и оставляя за собой морозные шлейфы. Каждое копьё было длиной с мою руку и тупым, как полено. Бретёр действительно не пытался меня убить, лишь растоптать мою репутацию.
Я видел, как чужие снаряды проносятся в какой-то ладони от моего тела, заставляя меня ощутить исходящий от них холод даже сквозь одежду.
Однако я был готов. Тренировки не прошли даром — тело уже не казалось столь закостенелым и действовало на инстинктах, почти без участия разума. Вновь я плавно шагнул в сторону, позволяя смертоносным снарядам миновать меня. Краем глаза я заметил, как они врезаются в защитный купол, осыпаясь сверкающей ледяной крошкой.
Не успел я перевести дух, как Лев снова атаковал. На этот раз он метнул в меня целую волну замораживающей энергии. Она стелилась по земле, покрывая каменные плиты хрустящей изморозью.
Но я уже двигался, скользя прочь от неумолимо надвигающейся волны. Воздушный шаг превратил меня в неуловимый вихрь, танцующий меж атак Осокина. Для репортёров я, должно быть, казался размытым силуэтом, окутанным голубоватым сиянием и оставляющим за собой шлейф искр.
Каждое движение отдавалось лёгкостью и невесомостью.
