В ночной тьме, где пахнет горящими дровами и алкоголями, я пробуждаюсь в оковах. Верёвка впивается в мое горло, а ноги, связанные за спиной, тянутся к земле, лишь руки несут меня. Посмертье встречает меня с острым копьём — алые круги перед глазами и запаха ужаса в воздухе.
Похоже, «Император Пограничья 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Спрятав лицо в ладонях, она с шумом выдохнула, а после, морщась, подняла с пола грязную тряпку двумя пальцами, словно дохлую крысу и наклонилась с ней к полу.
— Ну не сухой же!.. Вижу, вы совсем не привычны к наведению порядка, — хмыкнул я. — Ну да ничего, научитесь. Опыт — дело наживное. К тому же, честный труд отлично закаляет характер. Вы согласны?
— О да, — отозвалась она с дёргающимся глазом. — Такое бесценное умение пригодится мне… в жизни.
— Восхищён вашим рвением. Прямо глаз радуется, когда простой человек так любит свою работу.
Судя по испепеляющему взгляду, которым она меня наградила, кое-кто всерьёз пожалел о своей легенде. Ну что ж, будем считать это маленькой местью за враньё.
Закатав рукава, я сходил с ведром к колодцу. И уже через минуту Василиса действительно начала помогать Захару с видом великомученицы. Закатив глаза, она бурчала:
— Ну вот, только этого не хватало. Будто недостаточно меня сегодня по ухабам потрясло, теперь ещё и в грязи копаться!.
И посмотрела на меня с таким пламенным укором, будто я принудил её залезть по колено в выгребную яму.
Встретив её возмущение вежливой улыбкой, я перевёл взгляд на скрюченную фигуру старого слуги, занятого делом, и тяжело вздохнул. А затем подобрал ещё одну тряпку и молча присоединился к уборке. Королю, конечно, не пристало горничную изображать, но и жить в хлеву тоже не с руки.
Василиса, меж тем, продолжала ворчать, орудуя веником:
— И это, по-вашему, дом воеводы? Да я свинарники и то чище видела!
Это где, из окна машины?.
Брюзжать эта барышня не переставала на протяжении всей уборки. Позже, скребя ножом въевшуюся в доски грязь, она спросила с сарказмом:
— Интересно, а предыдущий-то хозяин хоть когда-нибудь здесь убирался? Или так и помер, не ведая о существовании тряпки и воды?
Захар с трудом сдерживался. По его лицу было видно всё, что он думает об этой капризной неженке.
Под конец, когда луна уже взошла, и процесс подходил к концу, она с подозрением покосилась на меня:
— Кстати, Прохор Игнатьевич, а что это ваши солдаты в другом доме остановились? Тут ведь места хватает, а им положено вас оберегать? Разве нет?
Я усмехнулся, продолжая натирать лавку мокрой тряпицей:
— На самом деле, Василиса, у них задача ровно противоположная.
Она озадаченно нахмурилась, явно не понимая скрытого смысла. Я хмыкнул и пояснил:
— Раз уж вы завели об этом разговор, советую вам сегодня ночевать у стражников.
