Мгновение я стоял, переживая неожиданное обнаружение в Угрюмихе. Полина Белозёрова, дочь моей главной врагницы, которая уже дважды пыталась меня убить, здесь. Я мягко отстранил девушку и предложил ей на небольшом расстоянии рассказать, как она нашла меня через Эфирнет.
Похоже, «Император Пограничья 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вечерняя трапеза в доме воеводы постепенно превратилась в оживлённое и весьма знаменательное собрание. За большим дубовым столом собрались все, кто теперь составлял костяк управления Угрюмихой: мой отец Игнатий, степенно нарезавший жаркое; Василиса, сидевшая с безупречно прямой спиной; Полина, украдкой бросавшая взгляды то на меня, то на другую девушку; эмоциональный доктор Джованни, жестикулировавший даже с вилкой в руке; молчаливый Борис и деловитый Захар, который, несмотря на статус слуги, теперь занимал важную административную позицию.
— Прохор рассказывал, что вы преподаёте в местной школе, — начала Полина, стараясь звучать непринуждённо. — Что именно вы изучаете с детьми?
— Основы счёта, чтения, письма, — ответила Василиса. — Немного естественных наук, географию, насколько это возможно в таких условиях.
— А литература? История? Этикет? Стихи, в конце концов? — Полина подалась вперёд. — Это ведь не менее важно.
— В наших обстоятельствах приоритет отдаётся практическим знаниям, — сдержанно ответила Ольховская.
— Но ведь дети должны не только выживать, но и жить полной жизнью, — возразила наша гостья. — Я получила прекрасное образование у лучших столичных преподавателей. Могла бы дополнить вашу программу.
— Тебе так нравятся дети? — спросил я, отправив в рот кусок мяса.
— Обожаю, — в её голосе прозвучала искренность.
Василиса взглянула на меня, словно ища поддержки или возражения. Я же наблюдал за двумя девушками с лёгкой улыбкой, отмечая неявное соперничество в их тоне.
— Мне кажется, это прекрасная идея, — произнёс я, отпивая глоток кваса. — Дети получат более разностороннее образование. А Полина найдёт себе занятие по душе, пока мы решаем, что делать с её… ситуацией.
— Ситуацией? — переспросила Белозёрова изумлённо. — Что ты называешь ситуацией⁈
— Твой побег от матери, — пояснил я. — Графиня не из тех, кто легко смирится с потерей дочери. Рано или поздно нам придётся с этим разбираться.
На миг лицо барышни омрачилось, но она быстро восстановила самообладание.
— Об этом я подумаю завтра, — беспечно отмахнулась она, явно цитируя кого-то. — А сейчас давайте составим план занятий.
