Боярин-изгнанник получает второй шанс на жизнь и решает создать собственную империю. Из отребья и нищеты он кует грозную силу, способную изменить судьбу целого государства. Но на пути к власти его ждут враги, магия и роковая страсть к загадочной боярышне-волшебнице.
Раздел Chitat.online для книги «Император Пограничья 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боярин-изгнанник получает второй шанс на жизнь и решает создать собственную империю. Из отребья и нищеты он кует грозную силу, способную изменить судьбу целого государства. Но на пути к власти его ждут враги, магия и роковая страсть к загадочной боярышне-волшебнице.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боярин-изгнанник получает второй шанс на жизнь и решает создать собственную империю. Из отребья и нищеты он кует грозную силу, способную изменить судьбу целого государства. Но на пути к власти его ждут враги, магия и роковая страсть к загадочной боярышне-волшебнице.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Император Пограничья 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Никто не нападал. Я, кстати, разобрала корреспонденцию, — её щёки слегка порозовели.
— И что там интересного?
— Ты очень популярен среди местных вдов и девиц на выданье, — фыркнула Полина. — Тебя наперебой зовут на музыкальные вечера, приёмы и даже интимные ужины! — последние слова она произнесла с нескрываемым возмущением.
Я не выдержал и расхохотался.
— Звучит занимательно. Полагаю, наши охотницы за приданым прочитали блоги и решили, что я лакомый кусочек?
— У них даже своё приданое готово, — язвительно заметила молодая аристократка. — Одна хвалится свечным заводиком и пароходами, другая — мельницей…
— Торг уместен, — подмигнул я ей.
Белозёрова бросила на меня испепеляющий взгляд и резко сменила тему:
— Ещё пришло официальное приглашение на княжеский бал по случаю двухсотлетия подписания торгового договора между Сергиевым Посадом и Владимиром.
— Да, Оболенский упоминал об этом, — кивнул я, доставая магофон. — Надо связаться с отцом.
Голос Игнатия в трубке звучал напряжённо:
— Сын! Наконец-то! Я места себе не находил.
— Всё в порядке, — я быстро рассказал ему о произошедшем, опуская самые жуткие подробности. — Скоро к вам должен прибыть караван с освобождёнными людьми. Позаботься, чтобы их накормили и разместили с комфортом.
— Конечно. А что потом?
— Нужно провести анкетирование — кто они, откуда, какая специализация, как попали в Фонд. Это поможет подобрать им занятия по душе в Угрюме.
— Сделаем, — серьёзно отозвался Игнатий.
— И ещё, — добавил я тише. — Попроси Бориса выделить людей, чтобы приглядывали за новенькими. Среди них могут оказаться разные люди, в том числе лиходеи и преступники. Мы не знаем, кто они на самом деле.
— Я понял. Возвращайся скорее, сын.
Закончив разговор, я почувствовал, как навалилась усталость. День выдался невероятно насыщенным — штурм усадьбы, освобождение узников, допрос князя… И это только начало. Впереди маячил неизбежный конфликт с Веретинским, Тереховым, Гильдией Целителей, надвигающийся Гон Бездушных и бесконечная вереница проблем.
Но, странным образом, я ощущал удовлетворение, потому что двигался в правильном направлении — защищал слабых, наказывал виновных, собирал вокруг себя достойных соратников. Как в старые времена.
* * *Проснулся я поздно — солнце уже стояло высоко, пробиваясь сквозь занавески. События вчерашнего дня наложили свой отпечаток — тело не до конца восстановилось, но это не значило, что я дам ему диктовать мне свою волю. Поднявшись с постели, я умылся холодной водой, сделал комплекс упражнений, ополоснулся и отправился из гостиницы в нашу лавку.
В главном зале представительства за столом сидел Натан Давидович Левинсон — тот самый пожилой человек, появившийся вчера перед самой тревогой от Святослава.
