Пётр Павлович Стремянников аккуратно расправлял документы в мягком свете открыточных окон. Шестидесятилетний юрист создал идеальное рабочее пространство, но сейчас заботило лишь безупречность его подготовленных бумаг. Его сосед Игнатий Платонов внимательно изучает каждую страницу, а свет за окном придает атмосферу драматизма и важности дела....
Похоже, «Император Пограничья 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Полагаю, нам с вами пора серьёзно поговорить
Сабуров вздрогнул, услышав мой голос из клюва ворона. Его глаза расширились от ужаса и недоверия.
— Что… что всё это значит? — прошептал он, переводя взгляд с птицы на окружающих людей. — Это похищение? Вы понимаете, что вас ждёт за такое?"
"— Не более того, что уже ждало моего отца, — холодно заметил я. — Отец, покажи графу документы.
Игнатий достал протянул папку с бумагами Сабурову.
— Нам нужна всего лишь ваша подпись, — сказал он с достоинством. — Прошу зафиксировать, что мой сын уплатил налоги в полном объёме.
Сабуров лихорадочно пролистал документы, в его глазах мелькнула искра надежды.
— Это невозможно, — заявил он, выпрямляясь. — Вашему сыну было приказано поставить в казну ресурсов на тысячу рублей, а не просто заплатить деньги. Я не имею права принимать…
— Граф, — перебил я его через Скальда, — не тратьте наше время. Вы думаете, если потянете его достаточно долго, ваши люди найдут вас? Боюсь, разочарую — к тому моменту, как они поймут, что произошло, вы уже будете… в недоступном месте.
Игнатий положил перед Сабуровым завёрнутый в бархат гигантский голубой кристалл Эссенции.
— Вот ваш ресурс. Его рыночная стоимость — около тысячи ста двадцати пяти рублей. Более чем достаточно.
Для большей убедительности я сформировал небольшой каменный нож, заставив его медленно материализоваться в воздухе прямо перед лицом графа. Клинок поблёскивал в тусклом свете салона, медленно вращаясь.
На таком огромном расстоянии созданный через связь с фамильяром, он не был эффективным оружием против Одарённого.
И это сыграло свою роль. Моё бесплотное присутствие казалось проявлением мистической неотвратимости.
— Подпишите документы, граф, — произнёс я спокойно. — Иначе вас никогда не найдут.
Сабуров побледнел ещё сильнее. Его взгляд метался между документами, кристаллом и зависшим в воздухе ножом. С видимым усилием он взял ручку, которую протянул ему отец, и с трясущимися руками подписал каждый лист.
— Вот и прекрасно, — кивнул я через Скальда. — Теперь мы проедем вместе до выезда из города. Для вашей же безопасности.
Спустя полчаса, когда внедорожник оказался за блокпостами на безлюдном участке дороги за пределами Владимира, Федот остановил машину.
