В дуэли с грозным императрицей Василиса погибла, и теперь перед магофоном стоит новый император Пограничья. Одетый в краденое платье, он стремглав уходит от шершавых глаз воинов. Кровь стынет в жилах при мысли о следующей дуэли и новых переменах на границах света и тьмы....
Похоже, «Император Пограничья 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В войне с Бездушными нам понадобится каждый маг, независимо от его силы или предрасположенности.
Так или иначе, но мы изменим сами основы этого мира, и он больше никогда не будет прежним.
После ритуала я отправился на поиски Валентина Вельского. Геомант нашёлся на тренировочной площадке, где он отрабатывал возведение каменных заслонов. При моём приближении Вельский выпрямился и вытер пот со лба.
— Воевода, — кивнул он сдержанно. Несмотря на тренироврки под солнцем, на его лице оставались глубокие морщины, а глаза смотрели настороженно.
— Валентин, нужно поговорить, — сказал я, указывая на прохладную тень возле частокола. — Есть дело, которое может тебя заинтересовать."
"Кряжистый мужчина выглядел старше своих сорока лет. Его руки, покрытые мозолями, говорили о привычке к тяжёлому труду, но мельчайшие золотистые искорки в радужке глаз, характерные для геомантов, выдавали его истинное призвание.
— Я слышал, ты раньше работал с Яковлевыми, — начал я прямо, наблюдая за его реакцией.
Лицо геоманта мгновенно помрачнело, а пальцы сжались в кулак.
— Было дело, — процедил он сквозь зубы. — Четыре поколения Вельских служили им верой и правдой. Мои предки были знамениты своим умением находить руду и драгоценные камни, — на его лице отразилась неприкрытая горечь, — но времена изменились. В наши дни геоманту без покровительства Демидовых или Яковлевых не выжить в Содружестве.
— Что случилось? — я подался вперёд, действительно заинтересованный его историей.
— Я нашёл богатую жилу Сумеречной стали в северных отрогах, — Вельский понизил голос, хотя вокруг никого не было, — но имел неосторожность заявить, что по закону мне полагается доля от добычи.
— А дальше? — я догадывался, что за этим последовало, но хотел услышать от него самого.
— С волчьим билетом никто не брал на работу, — в его голосе звучала застарелая обида.
Повисла пауза. Мы оба знали, что скрывалось за этими словами — тюремная камера, эксперименты, медленная смерть.
Передо мной сидел человек, сломленный системой, но не потерявший мастерства. Его опыт и навыки будут бесценны для проекта.
