Антон Крылов сунул воротник куртки вниз и еще раз проверил магический жезл. Вокруг лежали его напарники, читавшие что-то в магофоне или дремлющие у оптики. Сквозь призрачный туман горизонта он видел синеву неба и мерцание звезд на фоне холодных скал. Промахнуться со смертельными гранатами за такие копейки казалось слишком маловерным....
Похоже, «Император Пограничья 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда они ускакали обратно, я вышел на крепостную стену. Солнце уже скрылось за горизонтом, оставив лишь алую полосу на западе. Где-то там, в сгущающейся тьме, готовилась подняться волна Бездушных."
"Но мы будем готовы. Стены крепнут с каждым днём, арсенал пополняется, люди стекаются под защиту острога. И через несколько дней сыграем свадьбу — яркий праздник жизни перед лицом надвигающейся тьмы.
План, о котором я упомянул Стремянникову, обретал всё более чёткие очертания. Если столичные города закрывают двери перед простыми людьми, Угрюм распахнёт их настежь.
Ветер принёс запах дыма из труб — в патронном цехе шла ночная смена. Работа не прекращалась ни на час. Скоро, очень скоро нам предстоит проверка на прочность.
Но сначала — свадьба. Потому что даже перед лицом смерти люди должны помнить, ради чего стоит жить.
* * *Выехали в дорогу мы рано утром, чтобы добраться до Сергиева Посада и застать весь световой день.
— Стоять! — рявкнул усатый боец, преградив путь нашему «Бурлаку». — Документы предъявите!
Страж долго изучал бумаги, хмурясь всё сильнее.
— Владимирские? — он подозрительно прищурился. — И какого хрена вам в Сергиевом Посаде делать? Мы тут чужаков не жалуем, особенно перед Гоном.
— У меня дела в представительстве Угрюма, — спокойно ответил я.
— Никаких дел! — десятник явно входил во вкус. — Князь приказал — никого лишнего в город не пускать. Разворачивайтесь и катитесь обратно в свою глушь!
Евсей за моей спиной тихо выругался. Гаврила незаметно положил руку на рукоять пистолета. Ситуация накалялась.
Глава 6
Я сделал глубокий вдох, чувствуя, как внутри поднимается знакомая сила. Императорская воля пульсировала в груди, готовая вырваться наружу.
— Позови своего командира, — произнёс я негромко, но в голос вплелись нити древней силы, заставляющей повиноваться.
Эффект проявился мгновенно. Усатый замер на полуслове, его глаза остекленели, словно он внезапно проснулся и не понимал, где находится. Рука, указывавшая нам на дорогу обратно, безвольно опустилась.
