— Посмотри мне в глаза, — приказал я, и в голос вплелись незримые нити власти. — И расскажи правду."
"Эффект был мгновенным. Зрачки Норкина расширились, на лице появилось странное, отрешённое выражение. Но для стороннего наблюдателя это выглядело как паника загнанного в угол человека.
— Приказ отдал старший лейтенант Суходолов, — забормотал он. — Сказал, какие-то чужаки лезут в наш бизнес. Нарушают схему. Велел действовать жёстко, чтобы другим неповадно было.
— Какую схему? — подтолкнул я.
— С беженцами… Мы берём деньги за проход в город.
Кто не может попасть за стену, но при капитале — платит нам, мы проводим. А эти… — он кивнул в сторону Листратовой, — людей уводят. Бесплатно. Это же убытки!
Трофимов тяжело вздохнул:
— Вот только оборотней в погонах нам и не хватало.
Я отпустил магическую хватку, и Норкин словно очнулся, с ужасом глядя на меня. Пусть думает, что проболтался от страха.
— Суходолов… — я нахмурился, вспоминая. — Знакомая фамилия. Точно! Это же один из капитанов, что сотрудничал с бандой Кабана.
Я его имя в документах нашёл.
Я пристально посмотрел на Трофимова:
— Кстати, Владимир Сергеевич, весь компромат на коррумпированных полицейских из документов Кабана я передавал лично вам. Включая досье на Суходолова. Помните?
Чиновник слегка смутился и отвёл взгляд:
— Да, помню. Мы передали материалы в управление собственной безопасности. Но что с ними стало дальше… — он замялся. — Давайте я уточню.
Он достал магофон, отошёл в сторону. Несколько минут говорил с кем-то, потом вернулся с мрачным лицом:
— Вы правы.
Суходолов действительно фигурировал в деле Кабана. Но у него оказались влиятельные покровители. Кто-то очень заинтересованный замял дело, представил всё как незначительное превышение полномочий… Формально наказали — понизили в звании до старшего лейтенанта, перевели из криминальной полиции в пограничное подразделение. Решили, что на менее ответственном участке он меньше дров наломает. А он, похоже, там во всю ширь развернулся.
Я снова повернулся к Норкину:
— Расскажи подробнее о вашей схеме.
Кто чем занимается?
— Я… я не всё знаю, — залепетал он. — У нас всё разделено. Моё звено — это силовое обеспечение. Мы охраняем тех, кто работает с беженцами, решаем проблемы с конкурентами. Есть другие группы — они занимаются сбором денег, проводкой через кордоны. Все нити сходятся к Суходолову, только он знает полную картину.
— И сколько вы берёте с человека?
— По-разному. От пятидесяти до двухсот рублей.