Я выныбыстро вышел из зловещего мира Скальда и вернулся в мир человеческих ощущений. В ушах стучали отголоски перегрузки, птичье зрение всегда казалось сложным, а наше расстояние было невероятно велико. Теперь передо мной лежала безжизненная мгла — Море Бездушных. Там тысячи бесформенных существ движутся в организованных потоках....
Похоже, «Император Пограничья 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Нападавший отскочил назад, принимая боевую стойку. Невысокий жилистый мужчина лет сорока с лихорадочно блестящими глазами и испариной на лбу. Тёмные волосы прилипли к вискам, а руки с парными клинками двигались с неестественной скоростью.
Скрамасаксы — Ярослава мгновенно узнала их. Толстые боевые ножи с прямыми однолезвийными клинками и характерным скосом от острия к обуху были излюбленным оружием наёмников из Прусской Конфедерации и воинов Норвежского Королевства.
Княжна нахмурилась — что делает профессиональный убийца с севера в глухом Пограничье? Неужели кто-то нанял иноземного солдата удачи специально для устранения Прохора? Или этот человек — беглец, скрывающийся в Содружестве от правосудия родных земель? Нет, чужак не выглядел чужеземцем.
— Кто ты такой? — рявкнула Ярослава, выступая между незнакомцем и Прохором. — Отвечай!
Мужчина не ответил, лишь дёрнул головой и атаковал.
Ярослава попыталась создать дистанцию, отступив на несколько шагов и выпустив Воздушные лезвия — полупрозрачные серпы сжатого воздуха полетели к убийце. Но мужчина с невероятной точностью рассёк их скрамасаксами. С ужасом она узнала нефритовый отблеск кинжалов — аркалий, легендарный антимагический металл.
Засекина выругалась сквозь зубы и попробовала другой подход — Молниеносное копьё материализовалось в её левой руке. Однако стоило ей метнуть электрический снаряд, как убийца перечеркнул воздух крест-накрест своими клинками, и молния распалась, не долетев до цели, а сам пошёл на сближение.
Скрамасаксы работали в идеальной синхронии — пока один отвлекал защиту, второй искал брешь. Убийца двигался как профессионал высочайшего класса, каждый выпад был выверен, каждый финт продуман.
Удар, блок, уход с линии атаки, контрвыпад — княжна задействовала весь арсенал приёмов. Элементы саксонской школы перетекали в итальянские техники, восточные финты сменялись классическими европейскими связками. Но противник словно предугадывал её движения, постоянно сокращая дистанцию.
