Чемоданы ломились из-под страдания Пяти, каждый с его собственным тяжелым грузом. Кузя держал два чемодана в каждой руке, но маленький четвертый выпрыгивал и распадался на землю, притягивая взгляды пассажиров. Хозяин ступил степенно, посыпывая тростью, и после очередной аварии оглянулся, бросая вызов: "Что ты там копаешься? Времени больше нет."
Похоже, «Императорский Див» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кузя на всякий случай отскочил к стене. Если Владимир нападет, надо дать Анастасии время его остановить. Когда див быстро, рывком набирает силу, он может на время потерять над собой контроль. И атаковать даже своего хозяина.
Внезапно Владимир сорвался с горы обломков, и не успел Кузя моргнуть, как див оказался прямо перед ним. И одним взмахом полоснул по груди. В ту же секунду Анастасия схватила Владимира за плечо:
– Стой!
– Все в порядке, я справился. – Владимир невозмутимо повернулся к ней. – Теперь нужно вернуться и помочь моему колдуну. Он там, наверное, уже охрип.
– Гермес, вы можете его придержать, пока я надену наручники? А то очень не хочется выпускать его из-под прицела. Уж больно шустрый. А потом идите в бот, грейтесь. Что это на вас такое надето?
– Шелковый халат, местная форма. – Аверин выпустил Путы и крепко связал Рождественского по рукам и ногам. Виктор, не опуская пистолета, приблизился к князю и быстро защелкнул наручники.
– Уф, так-то лучше. Идите внутрь, Гермес, у вас уже губы синие!
– Это освещение, – улыбнулся Аверин, но не очень весело. Замерз он сильно. Как бы не разболеться всерьез после такой «прогулки».
– На борту есть что-нибудь теплое? – спросил он.
– Конечно, – ответил Виктор. – Это же спасательный бот.
Аверин нырнул внутрь. Ох, как здесь было светло и тепло. Два одеяла нашлись прямо на скамьях. Аверин закутался сразу в оба. Поискал в ящиках, нашел еще одно, выбрался наружу. И накинул одеяло на Рождественского.
– Спасибо, – тихо проговорил тот. – Вы благородный человек, Гермес.
– Не за что, – бросил Аверин, – я просто хочу, чтобы вы дожили до суда.
Ему было приятно, что больше не нужно любезничать с этим человеком.
– Эх… а ведь помните? Я же не сказал Арине: «убей его». Я сказал: «останови». Вы помните это?.. И скажете об этом на суде?.. Арина… – Рождественский вдруг затрясся всем телом, а потом задрал голову и закричал, протяжно и глухо. Крик сменился рыданием, и князь принялся бормотать сквозь всхлипывания:
– Как… могла… как могла… Арина… Лизетта… Как ты могла…
– Что это с ним? – озабоченно спросил Виктор. – Он что, внезапно с ума сошел?
Аверин всмотрелся в темноту. Над отелем было тихо. Значит, бой закончился.
– У него колдовская ломка. Погиб его див, – негромко проговорил Фетисов. – У меня было такое… недавно, потом долго в себя приходишь. Кажется, что мир рухнул.
– Фамильяр. Погиб его фамильяр. Это князь Рождественский.
– Что-о? – удивленно протянул Виктор. – Вот это да.
