Замечательный отбор для попаданки начался. Я чувствую себя на грани необычайной мощи и магии. Вспомнив прежние радужные представления о мире чар и волшебства, улыбка скользит по моим губам. Теперь я понимаю, что атмосфера магического мира может быть не только привлекательной, но и опасной....
Он спрятал лапки за спиной, заглядывал мне в глаза, пытаясь понять: угодил ли? Уверена, дорого бы он дал, чтобы стоять сейчас передо мной в мужском облике.
Я потянула нежную, воздушную ткань, и в моих руках оказалось великолепное платье. Светло стального цвета, с белым кружевом, напоминавшим морозные узоры. Кажется, со шлейфом, но при этом легкое, не то, что Димеино.
— Я взял на себя смелость позаботиться о наряде моей невесты. Надеюсь, мой выбор не разочаровал тебя?
Какие могут быть сомнения? Я в искреннем восторге.
— Нет! Конечно, нет! — опустилась на колени, чтобы сравняться ростом с котомагом.
— О! — затряс он отчаянно головой и опустился на одно колено. — Ольха, прости! Прости, что разочаровал тебя! В этой шкуре… — Отчаянно потянул лапками мех. — Я не я, а жалкое подобие себя. Меховой комок ростом с собаку!
— Жаль, что я иду на бал не по своей воле и не по иному поводу.
— Я буду там, — отозвался он угрюмо. — Как посол Арривии я в числе приглашенных, но на балу рядом с тобой буду стоять не я, а Селебрин! — Прорычал с горечью.
— Ну постоит принц рядом немного, — поспешила успокоить ревнивца, взяв на руки, на что он отчаянно воскликнул:
— О, мрак! Я грозный магвел! Меня боятся враги, а перед невестой я пушистое недоразумение! — Сверкнул глазами, махнул хвостом и сиганул на пол… Я сразу почувствовала, что гордый маг задумал, и закричала:
— Не надо! Эверий, пожалуйста, не сейчас!
Как назло, засияло зеркало.
— Как вы предстанете перед обществом, когда совсем не готовы? — недовольно воскликнула она, скрывая раздражение. Но взгляд ее был слишком красноречив. — Где ваше платье?! — Оглядевшись и заметив коробки на постели, она успокоилась.
— Я сама. Я быстро!
— Жду вас через десять минут. Если вы не успеете, одену вас насильно! — она так поджала губы, что сомнений не осталось: меня и оденут насильно, и на бал приведут, и замуж выдадут.
— М-р-рау! — зарычал Эверий.
