Замечательный отбор для попаданки начался. Я чувствую себя на грани необычайной мощи и магии. Вспомнив прежние радужные представления о мире чар и волшебства, улыбка скользит по моим губам. Теперь я понимаю, что атмосфера магического мира может быть не только привлекательной, но и опасной....
Ткнула в его сторону пальцем, потом в свою голову и постучала по столу…
После чего час стояла обездвиженная, а он нудным тоном зачитывал мне выдержки из книги «Поучения благородным фреям и достопочтенным девицам о правилах хорошего тона», потому что я, по его мнению, из деревни дикарей. Еще показывал как правильно кланяться, делать реверансы и даже улыбаться, пока к нему не заявилась Димея и не потребовала вернуть мне трудоспособность, чтобы помочь срочно собрать вещи.
Глава 17
Перед переносом в императорский дворец Димея нервничала, психовала и вообще вела себя безобразно.
Успела поругаться с Эверием, уловившем в ее новых нарядах отголоски магии. Нарычала на меня, что я мага разозлила. Поругалась с маменькой, не верящей в затею под названием отбор. Еще разок попеняла фрею Мильену, что пойдя внешностью в него, она живет несчастной. Потом расплакалась, закусила сладким, сменила платье и только после всего этого угомонилась.
Для появления на отборе Димея выбрала сиреневое платье с красивым белым кружевом на груди и по краю подола.
Эверий по случаю торжественного выхода выбрал голубой костюм и надел самые красивые и дорогие магические талисманы.
Меня тоже приодели, подобрав темно-серое платье с серебристыми цветами, вышитыми по подолу. Простого фасона, строгое, вкупе с собранными на затылке волосами, оно делало меня представительной, похожей на компаньонку.
— Разве так выглядят служанки? — удивилась я, оценив свое отражение в зеркале.
Димея хмыкнула:
— Думаешь, служанок во дворце не хватает? Тебя в замаранном платье к воротам императорской резиденции не подпустят. Поэтому будешь играть роль моей компаньонки, — она нахмурилась, повернулась к Эверию, который склонился над сундуками и придирчиво проверял наши вещи, собранные на отбор, и попеняла ему: — Не понимаю вашего выбора.
— Благородной фрее не пристало непристойно выражаться, — осадил ее Эверий и даже не удосужился объяснить свой выбор. А ведь она права: я ни черта не понимаю в дворцовых интригах, этикете, сложностях придворных взаимоотношений… Как смогу помочь Димее?
Радовало лишь одно: я давно мечтала, чтобы Эверий увидел меня красивой.
