В мире магов, где силу сверкает драгоценными камнями, жители прячутся от ужасающих сил ведьм. Но когда новые преступления начали тихо расцветать, императорский отбор стал неотъемлемой частью жизни. Всё мироощущение наполнено странными сияниями и молчанием, нарушаемым только бегом властей по лесам. С каждым приближением к центру этого таинства, становится всё яснее — кто именно является истинным властителем над всеми существами....
К утру ситуация оказалась и вовсе плачевной. Маги, посовещавшись между собой, вынесли вердикт: берут на императорский отбор от нашего города только Фантару – она достаточно родовита, красива, здорова и знает, как вести себя в обществе. Что немного избалована, так это ничего, у многих невест так, зато после первого «собеседования» не показала, что прельстилась каким-либо магом, хотя тут, подозреваю, ее запугал отец, поведав о том, как они опасны. И с лиром я соглашусь. Действительно очень опасны. Еще имперцы обмолвились, что обоз невест и так уже слишком большой, от них уже деваться некуда, надо брать поменьше дев.
Бедный лир Родерик. Заберут у него единственную, любимую и тщательно лелеемую и оберегаемую дочку. Фантаре придется столкнуться с большим женским коллективом, бесцеремонными магами, солдатней (так как невесты пока передвигаются в военном обозе), с походными условиями и прочими тяготами и лишениями.
Но мне-то что. Когда, наконец, получила добро от Ошентора и оказалась свободна ото всех обязательств, попрощалась с имперцами, которые собрались уходить с этого праздника жизни, и, под недовольными взглядами официантов, никого и ничего не стесняясь, собрала все оставшиеся вкусности, что смогла унести, со стола, завернув их прямо в скатерть, снятую с отдельного небольшого столика.
Я бы, может, и постеснялась действовать вот так открыто, но настроение было не то. Во-первых, устала, во-вторых, ни один, даже самый захудалый мужчина на этом приеме не попытался пригласить меня на танец, а я хоть и ведьма неблагородных кровей, но все-таки ведьма, и это был мой первый в жизни бал.
Не стала беспокоить и звать своего друга, чтобы доехать на нем до мамы. Наверняка сейчас уже спит. Сняв обувь, босиком пошла по теплой, несмотря на ночь, булыжной мостовой. Руку оттягивает баул со вкусностями, но ноша ценная, можно сказать, трофейная, да и стоит только представить, как будут радоваться сестрички, что сразу сил прибавляется.
– Давайте помогу, – от черной стены дома отделилась тень, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся самим генералом Ошентором. Перепутать трудно, ведь глаза мужчины во тьме вполне отчетливо светятся синим. Застыла в изумлении.
– Господин Ошентор? Спасибо, не нужно. Мне не тяжело.
Генерал сделал несколько шагов в мою сторону, останавливаясь слишком близко.
