Единственное, что сначала было известно точно, это что героями разгрома японской эскадры стали два быстроходных вспомогательных крейсера, поразивших японские броненосцы особыми скоростными дальноходными минами… Мы, балтийцы, все никак не могли взять в толк, как такое вообще могло получиться и какая дальность и, главное, точность должна быть у самодвижущихся мин, чтобы одним залпом удалось потопить всю японскую эскадру? Правда, некоторые допускали, что эти самые вспомогательные крейсера оснащены несколькими десятками, если не сотней, минных аппаратов каждый, установленных рядами, как пушки на старинных парусных линкорах. Дали залп одним бортом, заложили циркуляцию на шестнадцать румбов и отстрелялись снова. От веера из нескольких десятков мин не увернется ни один броненосец, хватило бы дальности.
Не буду пересказывать все домыслы и вымыслы, связанные с этим известием, но примерно месяц спустя после разгрома японского флота я получил письмо от своего единственного сына Всеволода[29], которое несколько приоткрыло завесу тайны. Дело в том, что он еще в 1902 году закончил Морской корпус, был произведен в мичманы, и вместе с крейсером «Богатырь» отправился на Дальний Восток для прохождения службы. В Порт-Артуре его сначала назначили флаг-офицером[30] в штаб командующего Тихоокеанской эскадрой вице-адмирала Старка, а с началом войны перевели на ту же должность в штаб командующего Владивостокским отрядом крейсеров контр-адмирала Карла Иессена…
Не следует путать значение этого выражение с английской калькой, flag officer, эквивалентной русскоязычному термину «флагман»."
"Именно находясь на борту крейсера «Россия» в составе свиты адмирала Иессена, 18 марта сего года мой сын, сопровождая своего начальника, впервые ступил на палубу подводного крейсера «Кузбасс», блокировавшего укрывшуюся в заливе Асо эскадру адмирала Камимуры. В этом письме, написанном уже после возвращения «России» во Владивосток, мой сын вполне подробно расписывал как сам «Кузбасс», так и царящие на нем порядки.
«Странное ощущение, папа, – писал он, – попасть на корабль, где нет нижних чинов, одни лишь господа офицеры, потому что даже тамошние кондуктора (старшины) имеют такой высокий образовательный и культурный уровень, что их сразу было решено произвести в прапорщики по Адмиралтейству. В общем же подводный крейсер «Кузбасс» производит одновременно впечатление и уютного дома, и идеальной боевой машины, и японцам проще совершить массовое самоубийство-харакири, чем выходить с ним на бой.