Автор
Второй том "Имперца" погружает вас в мир ожесточенных схваток и шпионских заговоров на железнодорожных путях. Герои брошюры оказались мешком для двух взрывов, не зная, что ждет дальше — новый злой план или чудесное спасение? Атмосфера постоянного опасения и непредсказуемости с легкостью проникает в душу читателя....
Но когда всю жизнь война идет за тобой, заставляя подчас путать реальность с воспоминаниями, ты, в конце концов, или сходишь с ума, или учишься держать себя в руках.
Мир вокруг замер, вместе с людьми, ошметками тел и осколками камня и металла, крошечные частицы магии висели в воздухе, сияя, точно капли росы на свету.
В конце концов, я уже один раз умирал, хотелось бы для разнообразия пожить по-человечески."
"Я выдохнул, и мир снова пришел в движение, а магия снова стала не видна моему глазу. Мы стояли посреди выжженной площадки, где от нападавших на нас не осталось практически никого и ничего.
— Русская свинья… — шипел принц Генри, выбираясь из-под обожженного остова бронированного автомобиля.
Сложно сказать, что именно Виндзору следовало бы благодарить за спасение своей никчемной жизни — то ли преподавателя магии, то ли кровосмесительные браки, коими грешили все европейцы без исключения, то ли завод-производитель автомобиля. Но принц остался жив, хотя и изрядно потрепан: одежда в подпалинах, лицо в копоти, руки била заметная дрожь.
— Ничему вас история не учит, — мрачно пробормотал я и щелкнул пальцами.
В воздухе материализовались ядовито-зеленые лианы. Они обвили попытавшегося отмахнуться от моей техники принца, затем в одно мощное движение выжали его, словно тряпку, досуха. Благородная британская кровь и прочие ошметки жизнедеятельности с неприятным звуком пролились на оплавленную брусчатку.
А пока я занимался влажной уборкой Лондона, с другой стороны выжженного пространства происходило историческое воссоединение семьи Романовых.
Ну, теперь стало более понятно, откуда взялись наемники и почему они напали на нас…
— Дядя, какая неприятная ожидаемость, — растянул губы в улыбке Иван.
Виталий Алексеевич Романов, надо сказать, выглядел получше, чем до этого Генри. Видимо, силенок у мятежного князя было поболее, а может, удачно за чем-то или кем-то спрятался, тут уже я не мог оценить. Впрочем, и его немного потрепал мой огонь — мужчина хоть и был достаточно прокопчен, но стоял твердо и смотрел с вызовом.
— Что же ты замер, Ванюша? — улыбнулся мужчина шакальим оскалом. — Ну, подойди, обними любимого дядюшку. Расскажи, как здоровье моего любимого брата?
Иван вспыхнул в мгновение ока — магии у парня, может быть, и не осталось, зато в кобуре лежал старый добрый пистолет. Иван выхватил его и навел на своего дядю.
— Даже так? — приподнял бровь Виталий, нисколько не испугавшись. — Отцу вот твоему силенок не хватило, да и тебе не хватит.
