— Вон ту собачку для девушки, пожалуйста, достаньте.
В общежитие мы возвращались на такси.
Ехали молча, Василиса вообще смотрела в окно, размышляя о чем-то своем и теребя одной рукой ухо плюшевой псине. Вторая же рука оказалась в моей ладони. Понятливый таксист включил медленную тягучую мелодию, и наши пальцы переплелись.
А когда я проводил девушку до ее корпуса, Василиса чуть замялась, но, словно набравшись храбрости, поднялась на цыпочки, чтобы чмокнуть меня в щеку.
Стоит ли говорить, что такая невероятная женская отвага должна была быть награждена настоящим поцелуем?
Остаток недели прошел на удивление спокойно. Пожалуй, в моем случае это даже хорошо — последнее время случился такой перебор событий, что хотелось просто поизображать обычного студента. Без всех этих героических историй и приключений.
Единственное, что выбивалось из череды прекрасных скучных дней — договор с Нарышкиным, который я отправил обратно с кучей замечаний.
Иван, слушавший мои матюги в духе «совсем охренели», лишь посмеялся: попытаться прогнуть партнера — почти святая обязанность любого дельца. Но я не первый год по миру хожу, со мной такая история не прокатит.
Так что к вечеру пятницы я добрался почти что в состоянии умиротворения. Я был готов к трудовым подвигам на поприще учебы и попутно размышлял, как бы предложить Корсаковой заняться спортом более обстоятельно.
— Вы уже видели, Кириллу привезли любовь всей его жизни? — проговорил Юсупов, хитро смотря на Нахимова.
— Завидуй молча, — парировал тот, одновременно пережевывая и при этом тыкая в телефон.
— О чем вы? — не понял Иван.
— Княжичу Нахимову пригнали из родового гаража его прелестницу, — кокетливо хлопая глазками, ответила Нарышкина. — Значит, княжич Нахимов сегодня будет кататься!
— Звучит интересно! — оживился цесаревич.
Я мысленно застонал, чувствуя, что Его Высочество не сможет пропустить тусовку городских гонщиков мимо себя.
— А как выглядит, — картинно вздохнула Мария, выражая Ивану полную поддержку. — Но, увы, на сегодня меня уже ангажировали.
— Вот это поворот! — хохотнул Тугарин. — Это кто же у нас такой отчаянный и отважный?
— Максим, — буркнула боярышня.
Присутствующие удивленно переглянулись.
— Это который Меншиков, да? — с надеждой спросила Демидова.
— Да. А что? — Мария с вызовом посмотрела на подругу.
— Ничего. Радуюсь за тебя, — миролюбиво ответила уральская княжна.
— Рано, — решительно отрезала боярышня, давая понять, что разговор окончен.
Тугарину, кажется, надоело слушать подробности личной жизни Марии, и он обратился к Нахимову:
— Что я могу сказать? Нас-то Меншиков на свиданку не приглашал, так что мы смело можем упасть на хвост Кириллу. Верно я говорю?
— Да, почему нет, — пожал плечами парень.