Заходя в зассаный, прокуренный подъезд, я даже испытал некоторую ностальгию — первую квартиру в той жизни я получил из расселенной коммуналки в доме примерно такого же состояния.
Если верить адресу, который выдал мне Змий, Афина жила на третьем этаже такой вот девятиэтажки за деревянной дверью, окрашенной в противный коричневый цвет.
Звонка у двери не было, пришлось постучать.
Когда я уже решил, что придется по старой традиции втыкать записку в дверной косяк, за дверью кто-то завозился. Глазка у этой конструкции прошлого века не имелось, так что мне все же открыли, но на ширину не выглядящей надежной цепочки.
Свет тусклой коридорной лампы коридора вырвал из темноты квартиры ярко окрашенную прядь волос.
— Привет, — поздоровался я. — Есть минутка?
Девушка молчала, не торопясь впускать меня внутрь или отвечать.
— Я с деловым предложением, — проговорил я и, окинув красноречивым взглядом дверь, добавил: — Думаю, лишним оно не будет.
Дверь захлопнулась, зазвенела отодвигаемая цепочка, и мгновение спустя я уже стоял в узкой прихожей квартиры, где не смогли бы разойтись двое человек.
Девушка щелкнула выключателем, и крошечное пространство осветила слабая настенная бра. Обстановка была прямиком из девяностых. Местами порезанный и прожженный линолеум, бумажные обои непонятного цвета, громоздкая мебель и деревянные шторы-висюльки вместо дверей.
Одета Афина была в выцветшую футболку и вытянутые спортивные шорты, а вид имела такой уставший, будто отпахала несколько смен без перерыва.
Впрочем, может, и отпахала.
— Выглядишь не очень, — заметил я.
— Ты пришел сделать мне пару комплиментов, сладенький? — мгновенно ощетинились девушка.
— Я пришел предложить тебе работу, — спокойно возразил.
В глазах у девушки вспыхнул неподдельный интерес, но она постаралась не подать виду. Из подъезда донесся какой-то грохот, затем раздались чьи-то отчаянные крики и топот. Казалось, что дверь за моей спиной не деревянная, а картонная.
— Прости, — произнесла она, — тут у нас не пансион благородных девиц.
— Да? Я и не заметил, — соврал я, но этого хватило, чтобы девушка благодарно улыбнулась.
— Не откажусь, — кивнул я.
Кухня была прямо как из моего прошлого. Шесть квадратных метров, когда от плиты до стола можно не ходить, а просто поворачиваться.
Я притулился на трехногой табуретке, наблюдая, как девушка спокойно, без суеты наливала в чайник воду из пятилитровой пластиковой бутылки, насыпала заварку в пузатый заварник с оббитым горлышком.
— Ты знаешь, что произошло с клубом? — продолжил я разговор.
— Говорят, туда пришли силовики, — мрачно ответила девушка. — Я туда больше не ходила.
— Почему? — удивился я.
— Есть чего? — уточнил я, внимательно наблюдая за хозяйкой квартиры.
Афина скривила губы.