Автор
В этой проникновенной исторической повести "Империй. Люструм. Диктатор", читатель отправляется во времена великих империй и борьбы за власть. Герой — лицо из народа, взлетевшее с нищеты до вершины деспотии, описывает неизведанные тропы политической силы и сложности человеческих взаимодействий в эпохи величия....
Было условлено: Цицерон предложит в сенате, чтобы новому Цезарю, несмотря на его возраст, дали империй и законную власть для ведения войны против Антония. Взамен Октавиан встал бы под начало консулов. Что может произойти в отдаленном будущем, когда Антония разобьют, оставалось неясным. И, как я уже сказал, не делалось никаких записей.
Цицерон заявил:
— Ты сможешь понять, выполняю ли я свою часть сделки, знакомясь с моими речами, которые я буду тебе присылать, и решениями сената. А я по передвижениям твоих легионов пойму, выполняешь ли ты свою часть.
— На этот счет у тебя не должно быть сомнений, — ответил Октавиан.
Аттик ушел на поиски управляющего и вернулся с кувшином тускского вина и пятью серебряными чашами, которые наполнил и протянул каждому. Взволнованный Цицерон произнес речь:
— В этот день юность и опыт, оружие и тога объединились в тесном согласии, чтобы спасти государство. Отправимся же отсюда в путь, каждый к своей цели, полные решимости исполнить долг перед республикой!
— За республику! — воскликнул Октавиан и поднял свою чашу.
— За республику! — эхом отозвались все мы и выпили.
Октавиан и Агриппа вежливо отказались остаться на ночь, объяснив, что им нужно добраться до их ближайшего лагеря до темноты: на следующий день начинались сатурналии, и ожидалось, что Октавиан раздаст своим людям подарки. После множества похлопываний по спине и торжественных заверений в вечной привязанности Цицерон и Октавиан распрощались. Я до сих пор помню последние слова молодого человека:
— Твои речи и мои мечи образуют непобедимый союз.
Когда они уехали, Цицерон вышел на террасу и прогулялся под дождем, чтобы слегка успокоиться, в то время как я по привычке убрал винные чаши — и заметил, что Октавиан не выпил ни капли.
XVII
Цицерон не ожидал, что ему придется обращаться к сенату до первого дня января, когда начиналось консульство Гирция и Пансы. Но по возвращении мы обнаружили, что через два дня трибуны соберутся на срочное совещание, чтобы обсудить войну, намечавшуюся, между Антонием и Децимом, и Цицерон решил, что лучше исполнить данное Октавиану обещание как можно раньше.
Едва разнеслась весть, что Цицерон в храме, как люди начали стекаться на форум. Сенаторы, которые в противном случае могли бы не явиться, тоже решили прийти и послушать, что скажет знаменитый оратор.
