Автор
Двадцатилетняя Селена, наследница трона и потомок богини огня, скрывается под чужим именем, путешествуя по миру в поиске союзников. Ей предстоит противостоять темному властителю Эраване, который угрожает поработить весь мир. Только она обладает силой остановить тирана и спасти человечество...
Не выдержав, Элида разрыдалась. Манона Черноклювая, живая и невредимая. Ведьма улыбалась.
Увидев Элиду с Аэлиной сидящими в серой траве, Манона прошептала одно-единственное слово.
«Надежда».
Они живы. Никто из них не погиб.
– Что у тебя с рукой? – спросил Эдион.
Аэлина осторожно, но настойчиво притянула к себе руку Элиды, осмотрела небольшой шрам и розовую кожу. Затем повернулась к волку, которого звали Фенрисом, и зарычала. Тот поспешно отвел глаза.
– Он не виноват, – сказала Элида.
– А след укуса утверждает другое, – сухо возразила Аэлина, и ее бирюзовые глаза гневно вспыхнули.
– Прости, – сказал Фенрис, обращаясь не то к королеве, не то к Элиде.
Отчаяние на его лице было неподдельным. Чувствовалось, он и сам не понимал, как мог укусить ни в чем не повинную Элиду. Но Аэлину его раскаяние ничуть не тронуло. Даже суровому принцу стало немного жаль Фенриса.
Значит, приказ убить Лоркана исходил не от Аэлины. Тогда от кого?
Аэлина обратилась к другому фэйцу – тому, что исцелил руку Элиды:
– Полагаю, Рован сообщил вам условия. Любая попытка причинить им вред окончится вашей смертью. Любое угрожающее или просто грубое слово, косой взгляд – результат будет тот же.
Элида не представляла, что ее королева может произносить такие слова. Ей стало не по себе. Зато Манона хищно улыбалась.
Ведьма подошла к ним. Аэлина поежилась, когда Манона остановилась у нее за спиной, но та быстро уселась справа от Элиды.
– Ну здравствуй, ведьмочка, – сказала Манона."
"Как и Аэлина, на Лоркана она взирала с каким-то презрительным любопытством.
– А ты, смотрю, несколько поистрепался, – бросила Лоркану Аэлина.
– На себя глянь, – огрызнулся Лоркан.
– Записочку мою получил? – Королева наградила его жутковатой улыбкой.
Рука Эдиона потянулась к мечу.
– Меч Оринфа, – вырвалось у Элиды.
Она узнала костяной эфес, покрытый древними знаками. Аэлина и Лоркан временно остановили «войну глаз».
– Это меч… ты…
Значит, Варнон наврал ей и про меч, сказав, что адарланский король забрал его и приказал расплавить, а костяной эфес сжечь вместе с троном из оленьих рогов.
Глаза Эдиона потеплели.
– Меч уцелел. И мы тоже.
Все трое. Остатки террасенского двора. Осколки их семей.
Аэлина опять зло поглядывала на Лоркана и, видимо, жалела, что у нее нет железных ногтей и железных зубов.
– Королева, я не знаю, чем тебя прогневал Лоркан, но без него я бы не выжила, – тихо сказала Элида. – И сюда бы точно не добралась.
