Автор
В Империи бурь каждый день открывает новые страницы истории — от загадочных исчезновений до тайных любовей и глубоких предательств. Атмосфера книги напоминает чернила ручного пера, каждое слово окутано мистикой прошлого и загадочным будущем.
Лисандра водила пальцем по гладкой поверхности перил:
– Я думала… Все это казалось мне захватывающим приключением. Временами было очень жутко, но меня будоражила новизна ощущений. Я радовалась, что выбралась из прежней клетки, где не было ничего, кроме нарядов и будуара. Так продолжалось, пока мы не попали в Бухту Черепов и не наступил тот день… Тогда я поняла: мы не столько живем, сколько выживаем. И для кого-то из нас тот день мог стать последним.
Губы Лисандры дрогнули.
– У меня никогда не было друзей… таких как сейчас.
Она шумно втянула воздух.
– Как тебе это удается? Как ты научился вступать в бой, зная, что не все твои соратники покинут поле сражения?
Эдион вслушивался в каждое ее слово. Прерывистое дыхание Лисандры показывало, что слезы совсем близко.
– Тебе тоже придется этому научиться, – сказал он, сожалея, что подобные мысли наполняют ее голову и тяжелым грузом ложатся на душу.
Наконец Лисандра повернулась к нему. В ее зеленых глазах было столько печали, что Эдион воспринял это как удар в живот. Ему стоило немалых усилий не потянуться и не обнять Лисандру.
– Думаю, в ближайшем будущем нам обоим придется часто напоминать себе об этом, – сказала она.
Эдион кивнул:
– Не только об этом. Воин привыкает ценить минуты радости и наслаждаться каждой.
Ему подумалось, что как раз это Лисандра уже умеет.
– Я и наслаждаюсь. Сам знаешь… когда это бывает.
У Эдиона забилось сердце, совсем как на гребне дюн, при виде кораблей с серыми парусами. Оставалось лишь выбрать стратегию: незаметное продвижение или стремительный натиск. На размышления у него были считаные секунды. Эдион избрал маневр, всегда выручавший его и на поле сражения, и на других полях: открытая атака, усиленная такой же неприкрытой самоуверенностью.
– Когда это бывает… между нами? – слегка улыбаясь, спросил он.
Как он и ожидал, Лисандра заняла оборонительную позицию:
– В моей истории… нет ничего хорошего."
"– Не говори так. – Эдион подошел ближе. – Ты хороша во всем. Уж можешь мне поверить. Я был близок со многими. С женщинами, с мужчинами… Я достаточно искушен в подобных делах.
Лисандра удивленно вскинула брови.
